фото показано с : vesti.lv

Популярный российский шоумен 90–х, а ныне продюсер серьезных кинолент Игорь Угольников — о рижском детстве, гримасах истории и последнем кинопроекте. Многие помнят талантливые телепередачи 90-х «Оба-на!» и «Доктор Угол», которые казались жемчужинами в ворохе постперестроечного ТВ-мусора.

Сегодня тот молодой и искрометный «Угол» превратился в умудренного жизнью Игоря Станиславовича Угольникова, продюсера сложных, трагических кинолент - «Брестская крепость», «Батальон» и «Первая мировая война. WWI». «Угловое» чувство юмора, конечно, никуда не делось, только поводов для его проявлений как будто становится меньше…

Когда-то давно Игорю нравилось подчеркивать свою рижскую фамильную линию. Это придавало шарма в глазах друзей-приятелей, ведь во всем остальном Советском Союзе Прибалтику однозначно воспринимали как ближнюю заграницу. Игорь Угольников любит бывать в Риге: здесь прошла половина его детства-юности, здесь живут его близкие родственники, здесь похоронен его дедушка. В свой недавний приезд он представил рижанам в Доме Москвы свой новый проект «Первая мировая война. WWI» и пообщался с газетой «Вести Сегодня».

Рижская родня

- Ригу я считаю своим любимым городом и вторым домом, потому что прожил здесь треть жизни, - рассказывает Игорь Угольников. - Сегодня я, как всегда, пошел посмотреть на окна нашей бывшей квартиры по улице Суворова (теперь Чака), 16 - 41, где жили дедушка с бабушкой. В новые времена эту квартиру отняли в пользу какого-то хозяина. Хорошо, что мой дед, прошедший всю войну, не дожил до этого дня. Хорошо, что он вообще не видел развала последних двадцати с лишним лет…

Мой дед по линии отца был военным летчиком, инженером, специалистом по вооружению. После войны его направили в Ригу. Здесь прошли мои счастливейшие годы, проводил тут все школьные каникулы и позже использовал любую возможность, чтобы сюда приехать. В Риге у меня много друзей и родственников. И в этот раз побываю на могиле деда: он умер в 1980 году, совсем еще не старым человеком, всего в 68 лет.

По моим воспоминаниям, квартира на Суворова была очень просторная, но там, кроме деда с бабушкой, еще жил мой дядя, папин брат, со своей семьей. После восстановления независимости, когда началась реституция, бабушке и дядиной семье дали 3-комнатную квартиру в одном из спальных районов. Конечно, для всех это было потрясением, потому что не шло ни в какое сравнение с большой квартирой в центре. Но деваться было некуда, пришлось переезжать…

…В память врезалось, как поезд Москва - Рига медленно прибывает к рижскому вокзалу, а я лежу на верхней полке и с нетерпением жду, когда он остановится я и увижу деда. Помню, как выискивал-высматривал его фигуру, и свою радость узнавания: о, вот он - стоит на перроне в сером плаще и тоже высматривает меня в окнах! Помню, как гуляли в Кировском парке - теперь Верманском: все его закоулки были нами изучены вдоль и поперек. Эти детские ощущения счастья незабываемы. В старшем школьном возрасте помню совершенно потрясающие рижские гастроли БДТ. Это было летом - я тогда все их спектакли пересмотрел. Помню, как с моими рижскими братьями, Андреем и Юрой, мы тусовались в Юрмале. И «Юрас перле» хорошо помню, и Лайму, которая там выступала. Один из братьев рано ушел из жизни. Безумно жаль… Он был талантливым музыкантом и мягким, добрым человеком…

Незаконченная война

- Уже второй ваш проект связан с Первой мировой войной. Чем вас привлекает эта тема?

- В работе над «Брестской крепостью» для меня стало очевидно, что Вторая мировая война - это незаконченная Первая. Впереди как раз было столетие начала Первой мировой, и мы вышли с предложением создать международный альманах, в котором каждая страна-участница тех событий столетней давности сделала бы свою новеллу, со своим режиссером и своим видением. Идея была принята, мы начали работу, я в Каннах договорился с Клодом Лелюшем, чтобы он был художественным руководителем постановки, а Кустурица снял бы сербскую новеллу. Но в дальнейшем случились украинские события, санкции, и наши партнеры самоустранились. Понятно почему. И тогда мы решили из российской новеллы сделать полнометражную картину о женском батальоне Марии Бочкаревой. «Батальон» вышел год назад, имел большой успех у зрителей и, что удивительно, собрал 42 международных приза, включая пять только американских.

- «Батальон» был задуман вами, когда в воздухе еще не пахло порохом, а вышел в прокат - и тут же стал актуальным…

- Да, фильм стал современным. К сожалению. Создавая картину, мы этого не планировали. А сегодня она оказалась тесно связанной с событиями, происходящими на Украине, в России, да и во всем мире. История столетней давности абсолютно проецируется на нашу действительность. Точно так же хорошо видна мотивация людей, которые хотят развалить страну и армию. Точно так же Россию втягивают в противостояние. В 1914 году тоже был огромный подъем русской нации, и все считали, что наших братьев-сербов обязательно нужно спасать. В итоге Россия ввязалась в кровавую войну, получила у себя Февральскую революцию, Октябрьский переворот, а потом еще и Гражданскую войну. Я все время пытаюсь понять, как это могло произойти, почему мы дали себя так растерзать и почему сейчас, ровно через сто лет, у этого сценария есть риск повториться. Наши так называемые партнеры снова нас провоцируют, бросают нам перчатку.

Царь-батюшка заплатил золотом за снаряды, которые должны были из Англии прийти. Они не пришли. Ни один. Вот так союзники замечательно воевали с нами и против нас. И конечно, монархия себя исчерпала - безусловно. И в этом вина нашего государя. Он потерял абсолютно нить управления государством. А казнокрадство, мздоимство, коррупция в высших эшелонах власти были чудовищными - и они еще подначивались из-за океана, англичанами и теми же немцами. Сегодня важно не поддаваться всеобщему психозу и не совершать фатального шага, потому что дальше будет снежный ком и опять 1914 год…

- И потому вы снова вернулись к Первой мировой? Повторение - мать учения?

- Первая мировая война считалась у нас забытой, и забыта была намеренно. Большевики считали ее империалистической - значит, изучать ее и не стоит. А между тем в той войне погибло более миллиона наших предков. В Первой мировой войне погиб мой прадед. Во Второй мировой войне погиб мой дед. И у меня есть большие претензии к немцам.

Мы решили не бросать идею альманаха, нашли других партнеров - французов, немцев и англичан - и проект завершили. Надо понимать, что с каждой новой войной количество мирных людей по отношению к солдатам погибает все больше и больше. Вот что ужасно и к чему, собственно, обращена наша картина. Она говорит о ненависти и прощении. Мы с вами относимся к французам спустя две сотни лет после войны с Наполеоном без всякой ненависти, верно ведь? Да, война и по тем временам была серьезная, но не идет ни в какое сравнение с жестокостью, которую проявили по отношению к русским людям немцы во Второй мировой войне. Ненависть и жестокость когда-то должны прекратиться. Английская новелла в этом смысле очень точная, там речь о том, как два солдата-противника, ненавидящие друг друга, казалось бы, уже находят возможность если не прощения, то хотя бы какого-то перемирия… Но нет. Когда они расходятся, один стреляет в спину другому. Это очень психологичное кино, и я видел, как после сеанса выходят люди - взрослые мужики - и долго потом не могут говорить.

Феномен зомби

- А как вы относитесь к украинскому феномену? Что происходит с огромными массами людей? Откуда это коллективное помешательство? И нет ли мысли снять фильм об этом?

- Когда мне принесли сценарий о Хатыни, мы долго думали, снимать его или нет. Например, я не стал снимать фильм о расправе над Хатынью, хотя в сценарии была историческая правда. Рядом с этой белорусской деревней партизаны убили проезжавшего мимо любимца Гитлера, олимпийского чемпиона и красавца Вильке, который в пропагандистских целях ездил по фронтам. После чего фюрер отдал приказ уничтожить всю деревню. Но поскольку немцев в том районе было раз-два и обчелся, доказать верность рейху поручили недавно сформированному батальону с Западной Украины. И они с жаром взялись за дело… Когда читал об этом, у меня шевелились волосы. С какой жестокостью одни люди убивали других, особенно женщин и детей, как изощрялись, чтобы выслужиться, да еще и фотографировались при этом. Во как мы можем! Оттуда и документальные свидетельства тех событий. Нужно ли сегодня снимать такой фильм? Решил, что нет. Так что западенцы всегда были настроены против русских - исторически. Кстати, в самой Брестской крепости в самые первые часы сдались именно западенцы.

А насчет всеобщего помешательства… Да, есть механизмы управления массами, вызывающие коллективный психоз. И эти механизмы, к сожалению, срабатывают. У меня с украинской родней тоже беда на эту тему. Двоюродный брат так прямо и говорит: «Вы, русские, - негодяи, сволочи и убийцы». У Нонки Гришаевой брат в Одессе живет, и там тоже в семье кошмар. Но снимать об этом пока преждевременно, должно время пройти, надо пока отстраниться. Сейчас занимаемся проектом о революции 17-го года.

С Лениным в башке, с наганом в руке

- Тоже история неоднозначная. Как могла в одночасье рухнуть такая мощная империя? Отчего вдруг глубоко православный народ вдруг допустил порушение храмов, убийство священников?

- Истинный патриотизм - в понимании всего трагизма нашей истории. Когда мы спорим с моим отцом, он всегда говорит: не трогай революцию, не трогай большевиков, ты не имеешь права! Я очень много времени провожу в архивах, изучаю документы, в том числе секретные и совсекретные. В 1913 году патриотический подъем нации был необыкновенным. Наши предки считали тогда, что великая русская держава настолько крепка, а православие как основа государственности, семьи и общества настолько незыблемо, что это как небо, как солнце, как луна. И вдруг все рухнуло в единый миг! Потому что нельзя столько красть. Нельзя столько предавать. Когда это стало повсеместным, все взорвалось изнутри. И в дальнейшем - попрание веры, убийство священников… Петроград захватили гопники. Петроградская сторона была вырезана за 10 дней. На подводах привозили из соседних губерний людей, давали им новые паспорта, и они начали жить в этих разгромленных домах. Прилично одетого человека на улице убивали.

- По части казнокрадства и предательства параллели напрашиваются очевидные…

- Да, сейчас из России тоже денег уходит много, не хватает на пенсии, на социалку, на науку, образование, на армию, в конце концов. Внутри - большие проблемы. Когда в страну запустили западный капитал, было особым условием, чтобы деньги оттуда могли свободно уходить. И мы вынуждены наши договоренности соблюдать. Иначе они нам снова устроят переворот…

Когда мы говорили о революции с президентом Путиным, он сказал: «Игорь, вы поймите, что далеко не все будут к ней готовы сейчас». Народ разобщен, и как к этому подойти - непонятно. Но попросил его дать нам возможность хотя бы начать этот разговор - нашим фильмом. Как аккуратно к этой теме ни подойди, а полемика в обществе все равно будет жесточайшей. Но если мы будем говорить правду, может быть, это однажды сработает. Кстати, все эти годы не прошли даром для Владимира Владимировича - он сегодня совсем другой, нежели 16 лет назад. Он стал и более уверенным, и более дипломатичным, и более сдержанным, и более жестким, и более справедливым. Все - более.

А вот Ельцина я бы с удовольствием выкопал и на лобном месте выставил бы народу на обозрение. Потому что его влияние чудовищно по отношению к России. И, кстати, Михаил Сергеевич на славу постарался для развала великой империи.

Я говорю это, даже несмотря на то, что по сей день остаюсь членом КПСС, свой билет не жег и не рвал. Почему должен рвать свое прошлое?

Предчувствие войны

- Нет ли у вас сейчас предчувствия большой войны? Ведь Россию снова втягивают в противостояние…

- Всегда втягивают, и Россия, кстати, охотно втягивалась в переделы мира. Но когда государь-батюшка вышел на балкон Зимнего дворца и объявил о том, что, верные союзническому долгу, мы должны помогать нашим братьям-сербам, подъем нации, в том числе и в Риге, был огромен. Людей в военной форме носили на руках, потому что они были спасителями своих братьев. Но никто не думал тогда, что война затянется на несколько лет. Все думали: ну, месяц-два - русский солдат моментально наведет порядок в Европе. Ан нет. И в результате произошло разрушение всех четырех империй - и Австро-Венгерской, и Османской, и Российской, и Британской. Они перестали существовать в своем прежнем виде. Мир стал иным.

Если знать историю и понимать, почему возникали войны и чем заканчивались, и применить это знание к сегодняшнему дню, то все предпосылки существуют. Другое дело, что страх глобальной войны, когда не солдаты будут решать, жить нам или не жить, а чья-то воля нажатия одной кнопки, думаю, останавливает от большой войны. Хотя то, что происходит сейчас в Сирии, - это большая, чудовищная война, навязанная и разыгранная некими кукловодами, которые сначала всех вооружили, потом привили ненависть, потом провели серию терактов, потом ослабили сознание людей и разобщили их, потом ограбили - и все, дело сделано. Так обычно и бывает. Поэтому вы правы, предчувствие есть…

Вот сейчас мы сидим с вами на территории бывшей Российской империи. И тогда, когда Рига была в ее составе, как, собственно, Львов и Варшава, ни у кого не вызывал каких-то резких чувств национальный вопрос. Удивительно, правда? Русский человек не считался поработителем, захватчиком. Как меня тут однажды назвали на премьере «Брестской крепости»: ваш дед был оккупантом и вы тоже оккупант! Никто не воспринимал русского царя и русских людей оккупантами. Величайшая Российская империя - еще год-два, и стала бы действительно первой империей в мире. Это очень не нравилось англосаксам. А если бы еще и царь был сильный да Столыпина не убили бы… Но история не терпит сослагательного наклонения.

Элина ЧУЯНОВА

Подробнее читайте на vesti.lv ...

108 +