2017-10-28 12:45 |
Телестудия, прямой эфир. Мужчина с внешностью барина-интеллектуала бархатным баритоном отвечает на вопросы. Он улыбается, но глаза холодные, жесткие – словно его мозг, как компьютер, быстро просчитывает миллионы ответов.
И после каждого по лицу скользит легкая гримаса, словно кивок себе: да, правильно.
«Великий и ужасный» Константин Львович Эрнст (56), директор Первого российского канала, самая влиятельная и загадочная российская медиа-персона.
Любимый анекдот Эрнста
Журналист умирает от инфаркта. Попадает в чистилище. Встречает его апостол Петр: «О, я тебя знаю, видел по телевизору. Слушай, мне надо отойти по делу, ты вроде мужик хороший - сам себе выбери место, где тебе будет лучше». Журналист идет к вратам рая, заглядывает - там ньюсрум. И кто-то орет: «Минута до эфира! Где материал, блин?» Ясно. Идет к вратам ада, заглядывает - там ньюсрум: «Минута до эфира! Где материал, блин?» Журналист обескуражен. Находит апостола Петра и спрашивает: «Послушайте, а в чем разница?» Апостол Петр отвечает: «Вторые - никогда не успеют».
Его суть
Эрнст - лидер среди властителей дум ТV. Многие ценят его за харизму, любопытство, быструю реакцию и чувство реальности, за вкус и умение «высекать из душ эмоциональную сопричастность». Другие зовут «людоедом большого калибра», а канал - «оболванивающим» и «пропутинским», где идут передачи Малышевой «как какать правильно» и сюжеты о распятом «укрофашистами» мальчике. Коллега Эрнста журналист и медиаменеджер Евгений Додолев сказал о нем так: «С тем, у кого больная печень, он будет трезвенником, а с выпивающим будет выпивать. Без притворства - искренне разделяет вкусы того, с кем общается».
Но Эрнст про себя все знает и сам: «Я не сатрап с телевидения. Я затейливее».
Про истоки
Эрнст родился в Москве, в интеллигентной семье с немецкими корнями. Его отец, биолог, доктор наук, академик Лев Эрнст, стал позже вице-президентом Россельхозакадемии. Семья жила в доме для научных работников, а во дворе обитали бывшие деревенские. Те «интеллигентов» били, и Костя вырос в бесконечных драках. В школе звезд с неба он не хватал, но запоем читал. Однажды в классе ему дали на ночь «запрещенную книгу», а утром она исчезла. Пацаны били его два дня. Пожаловавшись отцу, Костя услышал: «Возьми на стройке кусок арматуры и ничего не бойся». Так и сделал. Придя в класс, врезал главарю, и от него отстали: «Отец нашел мужество не пойти со мной и не сделать меня слабаком… скажи он «не трогайте моего мальчика», мне бы точно кранты настали». А ту книгу, оказалось, взяла мама - и забыла в троллейбусе.
Когда отца перевели в Питер семиклассник Костя в новой школе сразу двинул в челюсть тому, кого счел главарем. Класс долго избегал его - оказалось, что там не дрались. Костяшки пальцев у Эрнста сбиты до сих пор.
Лет с 14 стал мечтать о кино, но на режиссерский после школы не принимали. И он закончил биолого-почвенный факультет ЛГУ. Работал в НИИ, в 25 лет защитил диссертацию по биохимии, стал зав. лабораторией: «Я занимался генной инженерией, должен был уехать в Кембридж. . . . Но увидел будущую жизнь: вот становлюсь директором института, потом членом-корреспондентом, затем академиком, и вот меня уже отправляют на заслуженный отдых, а там и хоронят с подушечками. И стало так отвратительно, что я написал заявление об уходе. Свалил в никуда». Родители этот шаг сочли «идиотским» - мать не общалась с Константином года два.
Про карьеру
Эрнст приехал в Москву, заявился с улицы на «Видеофильм» с идеей снять фильм о Гребенщикове. К удивлению получил оператора и деньги. Снимая «Радио тишины», он чувствовал себя аферистом. Но вдруг фильму дали приз фестиваля в Монтре, а Эрнсту - категорию режиссера. Сняв короткометражку и клип для группы «Алиса», он стал «своим парнем» в творческой тусовке - этот длинноволосый красавчик, картинно встряхивающий челкой, знал кино лучше всех.
В 1988 году Эрнст познакомился с ведущим «Взгляда» Александром Любимовым, стал критиковать, и вдруг услышал: «Раз ты такой умный, сделай-ка через три недели свой выпуск». На ТВ в те годы «попер драйв», и Эрнст оказался там, где надо. Во «Взгляде» он проработал пару лет. Его считали пижоном, но Любимову Эрнст нравился - тяга к богеме в нем объединилась со структурным мышлением и аккуратностью.
В 1990 году на экраны вышел «Матадор» - эстетско-артхаусная передача о кино. Эрнст рассказывал о неизвестных в СССР Годаре, Копполе, Генсбуре… Работал как одержимый. «По 150 дублей снимали… К картинке Костя был очень требователен», - вспоминает коллега. Как-то не выходили из студии четверо суток, и Константин вдруг частично потерял зрение: «Мир стал вдруг черно-белым. Это был один из самых жутких опытов в жизни. Часа через два, правда, цветное зрение вернулось».
Продолжение читайте в журнале «ЛюблюLife ноябрь-декабрь 2017». Выпуск уже в продаже.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
