Председатель правления и немногих своих коллег, кто не боится и открыто критикует решение министра образования Карлиса Шадурскиса запретить преподавать в вузах на русском языке. Он-то на «экспорте образования», как говорится, собаку съел: знает цену знаний - в прямом смысле слова.

Если у Латвии имеется возможность преподавать в вузах на русском, этим надо пользоваться, поскольку это приносит огромные деньги не только учебным заведениям, но и стране в целом. В Литве и Польше это понимают и не думают у себя запрещать русскоязычные программы.

И сейчас эти страны буквально дни считают до того момента, когда многотысячная масса иностранных студентов вместо Латвии поедет учиться на русском к ним.

Поправки к закону о высшем образовании, запрещающие преподавать в вузах на русском, уже утвердили. После 31 декабря 2022 года (совсем скоро, если речь идет об учебном процессе) преподавать в частных вузах смогут только на языках ЕС (а в госвузах эта норма уже действует).

Понятно, для чего министерство образования ловко пропихнуло эти поправки в Сейм на волне шумихи вокруг закрытия русских школ. Если уж закрывать русское образование - так сразу и в школах, и в вузах. Карлис Шадурскис этого и не скрывает, играя перед выборами на чувствах своего потенциального электората.

Но! В вузах-то на русских программах учатся по большому счету не местные русские, с которыми воюет министр, а иностранцы. Значит, дело приобретает иной оборот.

Более того, «не язык ЕС» - это не только русский, но и, например, китайский. А китайцев в Латвии учится на китайском почти столько же, сколько представителей других национальностей (и далеко не только русских!) на русском. Китайских студентов много и в Музыкальной академии, и в Академии художеств, и в ЛУ, и в Университете Страдыня. Более того, для них специально приглашают китайских лекторов. То есть происходит очень солидный «учебный бизнес», от которого Латвия в целом выигрывает хотя бы в том, что получает огромные деньги в виде налогов.

«У политиков Латвии хроническая предвыборная болезнь: в последний момент стараются поскорее внести какие-то изменения. Изначально, когда готовили поправки в упомянутый закон, речь шла только о разных изменениях в системе оценки качества образования.

И тут вдруг, когда всю эту работу проделали, и закон ждал уже третьего парламентского чтения (тогда обычно вносят лишь какие-то нюансы, буквально запятые), всех вдруг обрадовало министерство образования. Его чиновники передали к поправкам документы, которые толком никто и изучить даже не успевал», - говорит Алдис Бауманис.

системе образования в целом (а не только высшего) проводит такую аналогию. Эта система, как танкер в море, идет медленно, но верным курсом - и если не будет никаких ошибок людей «у штурвала», то пройдет успешно и без аварий. Но местные политики пытаются управлять огромным тяжеленным танкером, словно это легкий водный мотоцикл. Вот только если мотоцикл кувыркнется в воду, то - не беда - сразу дальше поедет, а танкер переломится и потонет.

А какие вузы так старается уничтожить министерство образования? Больше всего студентов учатся на русском в TSI (Институт транспорта и связи), следом идет RISEBA, на третьем месте - Балтийская международная академия, далее - ISMA и Высшая школа экономики и культуры, ну и еще несколько вузов, где преподают не только на языках ЕС.

Обычный случай. Студент оканчивает среднюю школу, скажем, в Казахстане и хочет потом получить европейский диплом о высшем образовании. Вначале он посмотрит, что в Лондоне, увидит цены, вздрогнет и станет изучать ситуацию в Польше, Литве и Латвии. Ладно собственно плата за высшее образование, так ведь и жить в Англии дороже, чем в Латвии, да и сложнее для человека, который лучше владеет русским, чем английским.

В вузы Польши сейчас движется огромный поток молодых людей с Украины: хотят учиться на русском языке, но при этом получать дипломы ЕС. В этом отношении Польша для них - идеальный вариант.

«Тот самый молодой человек из Казахстана смотрит на Польшу, Литву и Латвию - для него эти страны, по сути, одно и то же, он рассматривает их с расстояния в несколько тысяч километров. И ему нет разницы - выбрать Варшаву, Вильнюс или Ригу. И тут он узнает, что в Латвии запрещают обучение на русском. Логично, он поедет учиться в тот же Вильнюс. В итоге Литва выигрывает, а Латвия проигрывает», - говорит Алдис Бауманис.

Подсчитано, что за все время обучения за одним иностранным студентом приходит в страну примерно сто тысяч евро. Это не просто большая сумма, учитывая, что в Латвии учатся тысячи студентов на русском языке. Это миллионы евро, и они вливаются в экономику. А деньги - это кровь экономики.

Парадокс в том, что в министерстве образования даже не посчитали, сколько иностранных студентов учатся на русском языке. Не посчитали и сколько они денег приносят, ну хотя бы только за «голое образование» без учета огромных «сопутствующих сумм». Поправки к закону чиновники министерства образования подмахнули в Сейм (минуя, кстати, даже кабинет министров) - и там все приняли: еще бы, ведь идет «праведная борьба» с русским языком!

А ведь за любым подобным шагом, за любым законопроектом, должно быть если не сложное экономическое обоснование, но хотя бы примерный финансовый прогноз: к чему тот или иной шаг политиков приведет. Но подобные дела - это не про наших политиков.

Евгений Лешковский

Подробнее читайте на vesti.lv ...

64 +