фото показано с : vesti.lv

Молодому поколению срочно требуется миф о героическом прошлом, пишет латвийская газета «СЕГОДНЯ». Деятели культуры охотно идут на встречу. Тайная полиция разгромила ячейки террористов.

Только одна группа успешно продолжает свою деятельность и планирует отчаянное нападение на кассу крупной компании. Руководит операцией главарь боевиков по кличке Серый. Однако в его замысел вмешивается романтическое увлечение очаровательной поэтессой Виолеттой, которая сломя голову пускается в пучину экстремизма. . .

«Латыши активно включились в вооружённую борьбу»

Таким выглядит, при нашей небольшой переделке терминов, анонс к национальному блокбастеру «1906», который выйдет на большой экран Латвии через две недели. Цифры в названии, понятное дело, обозначают год действия картины. В кадре старые заводы и доходные дома, жандармы, рычащие что-то невнятное на русском языке, и юные, полные бесшабашной удали революционеры. Ведь те события 1905-1907 гг. были самым масштабным политическим насилием в Латвии, подлинным началом XX века. . .

Режиссер Гатис Шмитс предварил свою картину так: «Наше представление об этом историческом этапе образовалось под влиянием советской идеологии, и, возможно, поэтому сегодня о „Пятом годе“ говорится очень мало. „Пятый год“ был одним из редких моментов в истории, когда латыши активно включились в вооруженную подпольную борьбу. Клички, конспиративные квартиры, отчаянные вооруженные операции, революционная романтика - и тут же рядом сумасбродство, случайность, предательство и смерть. Это великолепная основа жанрового фильма, поэтому на студии Tanka создана кинодрама - с напряжением, остросюжетными картинами и неожиданными сюжетными поворотами. . . »

Главную мужскую роль главаря боевиков-экспроприаторов играет Мартиньш Калита (на фото), получивший известность в качестве героя картины Никиты Михалкова «Солнечный удар», также посвященного событиям российской Смуты. Но на сей раз он с другой стороны баррикад.

У режиссера Гатиса Шмитса (1973) это уже третья полнометражная лента после драмы «Фогельфрей» (2004) и трагикомедии «Возвращение сержанта Лапиньша» (2010). Получивший арт-образование в США постановщик постоянно служит в Новом Рижском театре, ставил спектакли в Национальной опере и «Дайлес».

Бомбы для трамвайных пассажиров

Синхронно с художественным произведением появилось на книжных прилавках научное обоснование. Автору солидного тома, вышедшего в издательстве Латвийского университета, повезло - начав с революционных штудий в советское время, Лига Лапа (1953) ненавязчиво модифицировала их в национальном ключе.

Стрелять, взрывать и грабить - плохо, но во имя высокой идеи это совсем другое дело. Ведь «при самодержавном строе в Российском государстве проявление любой инициативы не только считалось нежелательным, но и каралось». Ой, так ли уж любой? И разве не строили тогда в Лифляндии и Курляндии заводы, порты, жилые дома, и не получали ли тысячи крестьянских детей передовое образование? Может, вспомнить сотни книг, по которым латыши были одними из первых народов Российской империи?

На обложке книги «Боевики и лесные братья в революции 1905 года в Латвии» - криво улыбающийся молодой человек со всклокоченными волосами, в мятом пиджачке с распущенным галстуком. Ни дать ни взять современный хипстер! Однако это Карлис Легздиньш, начавший участие «в революционном движении» с 1903 г. в возрасте 20 лет. Чем же прославился уроженец Доббельнского уезда, приехавший в Ригу, чтобы трудиться на проволочной фабрике?

«11 сентября 1906 года вечером в трамвай у дома 70 по улице Московской. . . была брошена бомба, пострадали двое прохожих и один пассажир на открытой платформе трамвая. На следующий день, 12 сентября, в Задвинье около восьми вечера на пересечении улиц Херманя и Бариню была брошена бомба на переднюю платформу трамвая. Вагон взрывом содрогнуло, он перевернулся, по раненым людям боевики затем открыли огонь. Погибло два человека, четверо были очень тяжело ранены и изуродованы, об их дальнейшей судьбе сведения отсутствуют. В ходе следствия стало известно, что бомбу бросал боевик К. Легздиньш, вместе с ним был Мартиньш Фрицзалс, но возможно, что это признание получено путем пыток. Об участии в этой операции свидетельствовал также Е. Дубельштейн».

Быстрее всех троих за «операцию», а по-настоящему жестокое кровавое убийство, расплатился Легздиньш по кличке «Кениньш» («Царек») - его повесили в рижском Централе 8 декабря 1906 года. На год его переживший бывший телеграфист Дубельштейн отметился нападением на Рижское полицейское управление, атакой на городок Слока (в ту пору отдельную административную единицу) и налет на банк в. . . Гельсингфорсе. Даже до Хельсинки добрались латвийские леваки!

Дольше всех от полиции бегал земляк Дубельштена по Баускому уезду Фрицзалс - но и его ликвидировали в 1909 году.

«Судьбы участников революции были очень суровы», - вздыхает Лига Лапа. Но вот имена этих отморозков сегодня увековечены в исторической монографии, чего не сказать о жертвах. Почему бы не привести в книге имена, возраст погибших? Это было бы показательно.

Ефрейтор Адамчук и поручик Вациетис

Ключевым событием 1905 года в Риге стали беспорядки 13 января на набережной, сопровождавшиеся применением оружия со стороны учебного унтер-офицерского батальона, одним из инструкторов коего был молодой поручик Юкум Вациетис. «Нет никаких доказательств, свидетельствующих о его участии ни в этом, ни в каком-то ином событии, в связи с поддержанием порядка в городе Риге в это время, - спешит указать доктор Лапа. - 12 и 13 января в городе дежурила 2-я рота под командой капитана Николая Иорданского, в которой были также солдаты латышской национальности».

Этим-то бравым молодцам и пришлось встретить у железнодорожного моста, у выхода на рынок у Даугавы, возбужденную толпу городских низов. «Свидетельства солдат и офицеров были единодушны, что первые выстрелы прозвучали со стороны демонстрантов на рыночной площади, где остановилась 2-я полурота, и первой жертвой был ефрейтор Леонтий Адамчук. Он был тяжело ранен в живот и умер в больших мучениях на следующий день в городской больнице. Проведенное 16 января вскрытие свидетельствовало, что выстрел в него был сделан с расстояния 1-2 шагов. . . »

Солдаты под командованием поручика Михаила Лепешкина открыли беглый огонь по толпе. На месте было убито 56 человек (38 латышей, 9 русских, 4 еврея, 2 литовца, остальные неизвестной национальности), еще 70 человек ранены, в большинстве тяжело.

На месте кровавой драмы были также обнаружены труп помощника пристава 1-го полицейского участка Константина Билева (револьверная пуля большого калибра выпущена в упор) и тяжело раненный председатель Русской ссудно-сберегательной кассы 47-летний Владимир Немчинов, который вскоре скончался не приходя в сознание. На его теле были найдены и пулевые, и ножевые ранения. В качестве «автора» этого убийства книга называет Яниса Чоке по кличке «Брашайс» («Бравый»). По тем временам он был вполне зрелым 33-летним мужчиной, очевидно, с патологической склонностью к душегубству. Свои дни он закончил в 1910 г. на каторге в Финляндии, где грабил банки. . .

Слепые, как пулевые ранения, судьбы боевиков 1905 года учат тому, что правым оказался поручик учебного батальона Вациетис, действовавший по принципу «на службу не напрашивайся, от службы не отказывайся». Ибо после подавления смуты в 1906 г. - уже в чине штабс-капитана - направлен в Санкт-Петербург, и не куда-то, а в академию Генерального штаба! Поистине, латышский парень сел в скоростной социальный лифт.

Ну а что он в действительности делал в ходе ликвидации беспорядков, останется тайной - ибо, являясь главнокомандующим РККА в 1918-1919 гг. и правой рукой наркомвоенмора Троцкого, Юкум Юкумович имел все возможности «подкорректировать» свое личное дело. Хотя в 1938 году это ему не помогло - так же, впрочем, как и остальным участникам «Пятого года».

Николай КАБАНОВ.

Фото Госархив.

Подробнее читайте на vesti.lv ...

207 +