2016-9-1 17:10 |
Моя двоюродная сестра Наташа – женщина спокойная, даже чересчур. Не нашлось в молодости жениха – ну и не надо. Значит, будет возможность сделать карьеру, а дальше – как Бог даст. Ей было уже за сорок, когда она встретила наконец Эрика и вышла замуж.
Эрик моложе чуть ли не на десять лет, но пара получилась гармоничная.
Детей рожать вроде поздно, но у него росла дочь от первого брака, так что жизнь продолжалась без особых потрясений. Но однажды вечером Наташа пришла ко мне какая-то странная.
- Беда у меня, - невероятно спокойным голосом сказала она. - Эрика видели в городе с какой-то девицей. Он целовал ее на трамвайной остановке.
- Ну… ну, мало ли, кого взрослый мужчина может поцеловать на остановке? Может, родственница?
- У него два племянника. Девиц от 16 до 30 в родне пока не обнаружено.
- А мужа ты напрямую не хочешь спросить?
- Да неловко…
Наташа вздохнула.
- Его поведение сильно изменилось?
- Он стал какой-то озабоченный. . . Ай, да я и так знаю, что ты думаешь: не нужно было выходить замуж за молодого, сама виновата!
- Да ладно тебе! Будем разбираться. Что это была за трамвайная остановка?
Оказалось, в тех краях у Эрика ни работы, родни, ни знакомых. . . А видела его Наташина коллега-бухгалтерша Соня, которая как раз там живет. Мы решили сделать так: если снова увидит Эрика, пускай подойдет и поздоровается. Он ее знает и сразу поймет - через пять минут жена будет в курсе. Вот тогда пусть первый и объясняет эти поцелуи на остановке.
Но несколько дней спустя вечером позвонила бухгалтерша, а мы как раз сидели у Наташки.
- Ой, девочки, я подходить боюсь… Он с коляской гуляет! А в коляске - ребенок, примерно годик, кажется, девочка…
- Как - гуляет?!
- Ну, так, обычно гуляет, взад-вперед…
- И давно?
- Откуда я знаю? Я стою за углом, смотрю на него, вам вот звоню…
- Стой там, не уходи! Мы - щас!
Мы с Наташкой прыгнули в машину и помчались. Как мы неслись! Навигаторный зануда чуть не спятил! А Наташа все повторяла похоронным голосом:
- Это должно было случиться… Это должно было случиться…
Прибыли вовремя - увидели, как к Эрику спешит тоненькая хорошенькая девочка на каблучищах. Мы видели, как он ее обнимает, как целует в щеку. И как она его целует тоже видели. Потом он ей показал что-то в коляске, они поговорили, еще раз поцеловались, она осталась с ребенком, а он побежал к своей машине.
Наташка сидела ни жива ни мертва.
- Когда ж это все началось? - спросила я. - Если ребенку уже год… кошмар… Наталья, сколько вы женаты?
- Полтора года.
- То есть, девица уже была беременна, когда вы регистрировались? Чушь какая-то… Стоп! Давай посмотрим правде в глаза!
- Давай…
- Зачем ты ему понадобилась? Про секс ни слова. Давай, соображай! Что в тебе такого замечательного - раз он ради тебя оставил эту красотку, да еще беременной?!
- Я не знаю… Ничего во мне такого нет!
- Тихо, тихо… Сейчас разберемся! - я была зла как тигр. - По части карьеры ты могла ему хоть как-то помочь?
- Нет.
- Ты много на него потратила? Ну там одежда, компьютер? Только честно!
Наташа задумалась.
- Я ему дорогую зажигалку подарила…
- И все?
- Но мы все вместе покупали… Он ведь не хуже меня зарабатывает…
- Так, отпадает. Какие-то твои связи?. . Стоп! Я поняла! Дед!
Ее дед со стороны матери коллекционирует монеты и каждый раз напоминает Наташе, что она унаследует коллекцию. Что там в коллекции - неизвестно, а лет деду - девяносто шесть.
- Эрик с тобой хоть раз говорил про монеты?
- Нет…
- Вот! Он скрывает свой интерес!
- Дед эти монеты собирает с детства. Там могут быть очень ценные экземпляры… - Наташа вздохнула.
- А ты сегодня же скажи ему, что дед решил завещать коллекцию музею. И посмотри, что из этого получится!
- Какому музею? Нет у нас таких музеев. . .
- Почему обязательно - у нас? Скажем, Музею денег в Голландии. Ну, соври что-нибудь! Тебе же нужна моментальная реакция! И когда он себя выдаст - ты сразу предложи развод. Пока дед не помер.
Наташа вдруг заплакала.
- Не хочешь с ним разводиться?
- Не хочу-у-у…
Мы поехали к Наташе. Полчаса спустя явился Эрик.
- Что так поздно?
- Дело одно было, - мрачно сказал он.
- Работа?
- Вроде того.
Он ушел в спальню. Мы остались вдвоем.
- Давно он такой хмурый?
- Погоди… С пятницы!
- Вот что, Наташка. Тебе придется его контролировать. Звони ему днем на работу.
- А что я скажу?
- Скажи - беспокоишься, встретился ли он с мамой. Скажи - потеряла телефон, и не можешь созвониться. Тут тебе и разболтают про всех теток, которые ему звонят.
Результат этой затеи был неожиданный. Наташа позвонила в обеденный перерыв, рассчитывая поговорить с секретаршей, и услышала:
- А Эрик Артурович уехал на похороны. Сегодня уже не вернется.
От такого гнусного вранья Наташа онемела. Пробормотала «ну да, конечно» и бросила трубку.
- Похороны - это древнее вранье, - сказала я. - На похороны всегда отпускают. А он сейчас там, у нее. На весь день туда спрятался!
Следующий сюрприз был вечером. Наташа не нашла дома заначки - они с Эриком держали пару тысяч евро в тайничке на всякий случай. И деньги исчезли. Это было уже совсем плохо. Разговор наш с наташкой шел при муже моем и брате - мы ужинали вместе. И муж, и Андрей, узнав о похождениях Эрика, просто в ярость пришли. И пока мы ехали к ней, я твердила одно:
- Ребята, только без мордобоя, только без мордобоя!
Когда они вошли - а лица у них были - как у викингов, шагающих в свой последний бой, - Эрик даже со стул вскочил.
То, что он нам объяснил, звучало настолько нелепо, что ему пришлось звонить матери, и она подтвердила: да, все правильно.
Вот что мы узнали. Эрик женился на Наташе не просто так. Он хотел быть хорошим мужем взрослой и умной женщины, потому что с молодой и глупой ему не повезло, а склонность к молодым и глупым была у него генетическая. Он решил таким образом переломить судьбу. Отец Эрика был такой ходок, такой Казанова, что всех своих женщин даже вспомнить не мог.
Причем, чем старше он становился, тем моложе были его подруги. Этот буйный папочка был известным в Риге доктором и финансовых проблем не имел. А Эрик - его сын от первого брака, в который его загоняли чуть ли не под дулом автомата. быстренько расставшись с той женой папуля стал колобродить. Находилось немало женщин, воображавших, будто его можно приручить, но он был очень осторожен лет до 45. В этом опасном возрасте папочка опять женился. Вскоре родилась дочка. И он понял, что не в состоянии жить в одной квартире с орущим младенцем. Опять развод, опять похождения. Но чем старше делался этот авантюрист, тем сентиментальнее.
Наконец ближе к пенсии папаша в третий раз понял, что созрел для семейной жизни. Женился на 30-летней красавице - вроде уже не девочка, но сохранила так им ценимую девичью стройность. Аккурат к 60-летнему юбилею родилась еще одна дочка. Дон-Жуан присмирел, а если и позволял себе шалости, то тщательно все скрывал. Жить бы да жить - но случилась беда. Он с женой ехал на машине, торопился домой, где с ребенком сидела няня, допустил ошибку, столкнулся с фурой.
Три дня спустя в больнице умерла жена, а сам он был в это время в реанимации. Няня, разумеется, отлично знала семейную историю и всех «скелетов» в лицо. Она разыскала вторую жену, та - первую. Что-то нужно было делать с малышкой Сашенькой. Вся эта беда свалилась на Эрика и его сводную сестру Катю. Катя взяла отгулы, чтобы сидеть с ребенком, а обе бывшие жены занялись организацией похорон. Больше у Дон-Жуана близких не имелось. Эрик был у них на побегушках.
- Но почему ты мне сразу не сказал? - возмутилась Наташа.
- Не хотел портить твое отношение ко мне. Я, видишь ли, никакой скорби не испытывал, - признался Эрик. - Ну, умер чужой человек… Ну, другой чужой человек лежит под капельницей. А ты бы обязательно назвала меня бессердечным! Ну, мне проще было притвориться, что все в порядке… лишь бы с тобой из-за них не ссориться… а деньги я всего на два дня взял!. .
- Так этот ребенок в коляске - твоя сестра?
- Сестра. Того гляди, и без папы останется. Врачи говорят - все очень плохо…
На третий день после отцовских похорон они сидели с Наташей на кухне. Говорили об имуществе покойного и о том, что завещания он не оставил.
- Вам с Катей будет нетрудно доказать, что все эти картины и антиквариат принадлежат вам. А квартиру хорошо бы сохранить для малышки, - сказала Наташа. - Можно ее пока что сдавать… Знаешь что?
- Что?
- Давай… давай возьмем ее к себе! Она же твоя сестра. Вот и вырастим. Будет как дочка… и рожать не придется…
От волнения Наташа разревелась.
- Я хотел тебе предложить, но боялся.
- Опять боялся? Ты сомневался во мне, что ли?
И они впервые заговорили ооб всем по-честному. И говорили долго - пока окошко не посветлело… А потом поехали - вместе забирать Сашеньку.
Дана Витт
.
Подробнее читайте на vesti.lv ...
