2016-3-24 13:54 |
Самое страшное для европейцев в брюссельских терактах – это то, что их ждали. Случилось то, чего мы боялись, сказал премьер-министр Бельгии Шарль Мишель. Беда не в том, что спецслужбы накануне получили информацию о готовящихся терактах и не смогли их предотвратить.
Три взрыва в Брюсселе унесли три с лишним десятка жизней и стали второй за последние месяцы атакой на европейскую столицу. Это шок для тихой Бельгии и символический удар по столице Евросоюза. 22 марта даже слепой, казалось бы, должен понять, что речь идет не об исключительных случаях и даже не о тенденции, а о полноценной новой главе в истории Европы. Но, к сожалению, шансов на признание реальности пока что немного.
Тот факт, что буквально на днях в Брюсселе задержали организатора парижских терактов 13 ноября Салаха Абдеслама, не оставляет сомнений в том, что у обоих акций общие организаторы. Для простоты их всех записывают в «Исламское государство», как в нулевые годы помечали «Аль-Каидой». Хотя, если говорить еще проще, это террористическое исламистское подполье в Европе, которое таким образом «мстит крестоносцам» за войну против «халифата» и в целом за вмешательство Запада в исламский мир.
Это еще хорошо, если большинство ячеек этого подполья объединены хоть в какое-то подобие единой сети - что облегчало бы работу спецслужб по их обнаружению - но, скорее всего, между ними нет никаких связей, да и само их формирование все больше идет снизу, а не сверху. Это хотя и организованный - как любая операция устрашения - но все же в первую очередь стихийный, идеологически и религиозно мотивированный террор, воспринимаемый его исполнителями как «справедливая месть», как подвиг. Нет единого центра, уничтожив который, можно ликвидировать угрозу - потому что как исполнители, так и организаторы находятся внутри самой Европы. Как и заказчик.
Конечно, «халифат» планирует и осуществляет теракты, но кто понимает, сколько есть абсолютно самостоятельных, просто сочувствующих ИГ потенциальных террористов в Европе? Сколько парней сейчас только раздумывают над тем, чтобы встать на путь «джихада» - в том виде, в котором его проповедует «халифат»? Никто не знает и не понимает - более того, никто не знает и того, какую игру ведут в этом «омуте» спецслужбы. Они пытаются вычислить «халифат», думая, что он находится в Ракке, а он между тем везде, от Великобритании до Сирии, от Франции до Ирака, от Мали до Египта. Не потому, что он всесилен, а потому, что он имеет сторонников по всему миру, которые готовы умереть ради того, чтобы «халифат» жил. Как с этим бороться?
Бельгия, к слову, постепенно разваливается - это и так искусственное, объединяющее франков и германцев королевство добивает как раз евроинтеграция, точно так же, как она провоцирует развал и многих других государств «Единой Европы». И теракты лишь увеличивают желание фламандцев отделиться от франкоязычных валлонцев, к которым и едут франкоговорящие жители бывших колоний. Но эти бельгийские частности не так уж и принципиальны в условиях общей угрозы всей Европе - а брюссельские теракты именно так и воспринимаются. Что стоит за жесткими заявлениями премьеров?
Обещание борьбы с террором смешно. При отсутствии европейских границ, в условиях огромного наплыва мигрантов, в условиях войн, полыхающих на Ближнем Востоке, и, главное, при продолжении курса на построение без- и наднациональной модели ЕС, фактически навязывающей всем странам «свежую кровь» мигрантов, это просто бессмысленно.
Не поможет даже уход Европы с Ближнего Востока - нужно изменение самого европейского проекта. Единая Европа может быть только Европой национальных государств, то есть сильных наций, управляемых национально ориентированными элитами. В такой Европе национальная идентичность будет не главным врагом евроинтеграторов, а их основной опорой и предметом всяческой заботы. Мигранты в такой Европе не будут жить в гетто по своим законам, а будут или растворяться среди местного населения, или уезжать к себе на родину. Такая Европа будет сильной и устойчивой, но для ее построения нужны совсем другие правящие элиты.
Нынешние заточены на создание новой наднациональной общности, «европейского человека». И тот факт, что с их курсом не согласны все больше европейцев, не останавливает национальные элиты. Потому что национальные они лишь в кавычках - большая их часть стала частью наднациональной, «европейской» элиты и считает себя вправе и в силе сделать свой выбор выбором своих народов. Конечно, атлантистские силы в Европе способны идти на тактические уступки - не отказываясь от стратегического курса. Так будет и сейчас.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
