2017-8-16 09:55 |
На только что завершившемся 70-м юбилейном фестивале в Локарно Александр Сокуров представлял не только свою страну, но и тот уже занесенный в «красную книгу» тип режиссера-автора, способного создавать уникальные собственные художественные миры.
— Мы в России ничего не знаем о Кавказе, кроме плохого. Мы не знаем, как живет кабардинская, чеченская, осетинская семья. Мы ничего не знаем о людях, рядом с которыми мы столетия живем вместе. Я просил своих учеников показать кто они такие, просил их быть критичными к своему народу: разбирайтесь, копайтесь, берите пример с русских. Уж кто, как не русские писатели умели анализировать пороки русского человека.
Есть идея, которая медленно начинает оживать. Это история периода 1935-45-го годов, с очень сложным для меня киноязыком, я на таком языке еще не работал. И монтаж, и драматургия будет абсолютно для меня не характерны. Я не могу ничего больше сказать, очень боюсь делиться не до конца сформулированными идеями.
История европейская. Будет один персонаж из Советского Союза, все остальные герои - европейцы. Российских денег в фильме тоже не будет. Зрителя в России у меня практически нет. В кино, то, что я делаю, не показывается. На телевидении существует запрет на показы моих фильмов — и игровых, и документальных. В том числе на «Фауста» и «Русский ковчег». Шансов на родине у меня сейчас почти нет. Хотя я совершенно не экспортный и не импортный человек, я российский человек. Я получил образование на родине, овладел профессией не с помощью европейских киношкол, я всему сам учился.
Сегодняшнее общественное положение я не воспринимаю как трагедию, я воспринимаю его как беду. Но думаю, что никакого значения для общественной жизни страны я не имею. У меня ведь один паспорт. У меня нет сбережений, нет дачи, я не защищен так же, как и все остальные мои соотечественники. И когда я вижу, как ОМОН ведет себя с девчонками на митингах, я закипаю. Я не мог тогда промолчать.
Вы сами видите, как с помощью телевидения, узко— и остронаправленного, можно управлять миллионами людей. Вот Лев Толстой сходил на войну в своем романе, вернулся к своим читателям-современникам и рассказал им, что он там увидел. Но Толстого сейчас нет, и сходить в будущее или прошлое некому. Поэтому нам остается только хаос.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
