2017-12-28 14:20 |
Современные отношения Литвы и Белоруссии демонстрируют, что «атомная война» — это не только военный конфликт двух ядерных держав с апокалиптическими перспективами. Мирный атом в условиях растущего спроса на энергоресурсы может стать не менее весомым аргументом в межгосударственных отношениях, чем ядерные боеголовки.
В свое время Литва располагала единственной в Прибалтике АЭС. Атомную электростанцию в Игналине (ИАЭС) начали возводить в 1975 году. Вообще-то, строительство предполагалось на белорусском берегу озера Дрисвяты (литовское название - Друкшяй), но оказалось, что именно у литовского берега наиболее подходящая для такого объекта геология. Первый энергоблок заработал 31 декабря 1983 года, второй - 31 августа 1987-го.
В 1991 году, покинув СССР, Литовская Республика получила Игналинскую АЭС и стала тридцать первым государством мира, применяющим ядерную энергетику. В 1993 году на ИАЭС приходилось почти 90 процентов всего произведенного в государстве электричества. Игналина снабжала энергией не только Литву, но и Эстонию, Латвию, Белоруссию, а также приграничные территории России. Увы, в 2001 году ради вступления в Евросоюз, под нажимом Брюсселя правительству республики пришлось закрыть ИАЭС. Это требование в ЕС объяснили опасениями за безопасность - дескать, в Игналине стояли реакторы того же типа, что и в Чернобыле.
По заключению МАГАТЭ, ИАЭС входила в список самых надежных станций мира, но эти доводы еврочиновников не устроили. Экс-президент Литвы Роландас Паксас ныне признает: «Обещание закрытия ИАЭС было единственной возможностью начать переговоры по вступлению в Евросоюз. Вот такая как бы дань…»
После закрытия ИАЭС в 2009 году Литве пришлось вместо экспорта приступить к импорту энергии. В первую очередь пострадал рядовой потребитель: только за первые два с половиной года без АЭС электричество в Литве подорожало вдвое, отопление - в четыре раза.
Были и другие проблемы - консервация отслужившей свое атомной станции и обеспечение надежного хранилища отработанного ядерного топлива. Речь шла о том, что эти работы оплатит ЕС, но после анонсированного Великобританией выхода из общего союза Брюссель начал намекать литовцам, что они могли бы взять финансирование на себя. Сейчас премьер-министр Литвы Саулюс Сквернялис настаивает, чтобы Великобритания перед выходом из ЕС все же внесла свою долю средств. «Услышав от Европейской палаты аудита мнение, что, возможно, это [закрытие АЭС] нужно делать силами бюджета Литвы, мы должны сказать, что подобное неприемлемо и для нас не под силу», - заявил премьер.
Осознание того, что с ядерной энергетикой живется лучше, чем без нее, подтолкнуло власти республики к амбициозной идее построить близ Висагинаса новую современную АЭС. Проблему консервации и утилизации советской ИАЭС новая станция, конечно, не решит, зато поможет существенно уменьшить счета за электричество, отопление и т. д. Помимо Литвы, в проекте собирались участвовать Латвия, Польша и Эстония.
В июне 2012 года Сейм Литвы в первом чтении одобрил проект «Закона о строительстве атомной электростанции в Висагинасе». Но оппозиционные политики продавили проведение референдума о Висагинской АЭС. Общественность была встревожена тем, что станцию собирались оснастить реактором того же типа, что и фукусимский.
Проект Висагинской АЭС вызвал беспокойство и в соседних странах. В 2008 году нынешний президент Латвии Раймонд Вейонис, возглавлявший тогда министерство защиты окружающей среды, говорил, что выступает против участия своего государства в проекте новой АЭС - как по соображениям безопасности, так и по чисто экономическим причинам. «Участие в проекте потребовало бы от Латвии гигантской суммы, которую можно было бы потратить с куда большей пользой, вложив в развитие системы возобновляемых энергоресурсов. Я не говорю уже, что люди, которые окажутся рядом с новой АЭС, категорически против этого строительства», - заявлял Вейонис.
Литва объявила войну Островецкой АЭС. В Вильнюсе не упускают ни одной возможности заявить, что объект не отвечает современным стандартам безопасности, а «Атоммаш», переживший в 1990-х серьезный упадок, не способен создавать надежную технику. В подтверждение цитируют бывшего главу совета директоров «Атоммаша» Сергея Якунина. «Перед отправкой корпуса реактора в Белоруссию был показан телевизионный сюжет на Первом канале, - вспоминает Якунин. - Снимали якобы на «Атоммаше», но позже выяснилось, что в Белоруссию отправили старый корпус с Ижорских заводов, благо, что «Атоммаш» перед своим разграблением выпустил более десяти комплектующих для ядерных реакторов. Лукашенко, таким образом, отправили привет из 1990-х годов».
Спикер Сейма Литвы Викторас Пранцкетис назвал строящуюся Белорусскую АЭС не более и не менее как «потенциальной угрозой для всей Европы». А «отец литовской независимости» Витаутас Ландсбергис в октябре 2017 года и вовсе призвал соотечественников перейти к силовым формам борьбы. По его словам, литовцы измельчали, раз у них не хватает духа пойти в атаку на стройплощадку БелАЭС. «Если бы дух был иным, то мы пошли бы в Островец. Но сейчас мы ждем судьбы, думая, что все хорошо», - сокрушался Ландсбергис.
Агрессивную риторику литовских политиков с пониманием восприняли в соседней Польше, чьи власти в августе согласились с тем, что БелАЭС «небезопасна» и покупать у нее энергию не надо. Поляков понять можно: они тоже всерьез задумались о собственной атомной электростанции.
Владимир Веретенников
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
| Источник: vesti.lv | Рейтинг новостей: 119 |
