Один из опытнейших сотрудников Министерства образования и науки (МОН) Эвия Папуле оставила пост директора Департамента образования МОН из-за несогласия с неподготовленными и политизированными реформами министра Карлиса Шадурскиса.

Открытый город встретился с Эвией Папуле, которая теперь стала советницей мэра Риги Нила Ушакова по вопросам реформы образования, чтобы расспросить о вероятном сценарии развития событий.

Год назад МОН сперва анонсировало две реформы: первая - компетентностная, вторая - «оптимизация». В сентябре вдруг заговорили о третьей «реформе». Компетентностная по замыслу наиболее близка к понятию «реформа», так как заявлено изменение и содержания, и технологии обучения. Вместе с тем в проведении и реализации много методологических, методических, психолого-педагогических ошибок. Вторая - «оптимизация» - это не «реформа», а экономическая оптимизация сети школ.

Третья - политическая. Не «реформа». Не имеет никаких оснований, кроме политической цели - реанимировать движение в защиту русских школ, чтобы на этой волне привлечь к партии Шадурскиса Единство национально озабоченный электорат.

Меньше «домашки», больше сотрудничества

Госпожа Папуле, хотя трактат о компетентностном подходе в новом содержании образования вышел на 71 странице, большинство, конечно, источник не читало. Может быть, отсюда всякие домыслы и страхи, а реформа на самом деле пойдет на пользу нашей школе? Или кроме благих намерений, еще нужны и деньги?

С одной стороны, денег мало, но с другой - мы вообще рады, что есть возможность использовать европейские фонды на изменение содержания. И наверно, самая главная цель - изменить подход к обучению.

В 1998 году, когда только был создан Центр содержания образования, мы мечтали о том, что физик сможет заглянуть в программу по литературе и найти там что-то для себя общее. И теперь, спустя 25 лет, это происходит, это действительно то, что нужно.

Дети сейчас не только учатся по-другому, они думают по-другому, потому что на дворе 21-й век и информационные коммуникационные технологии. Поэтому самое главное - это пересмотреть содержание и выяснить, что можно из него убрать лишнее, во-вторых, оптимизировать изучение нового материала. Например, мы знаем, что латышский и русский языки очень схожи по многим грамматическим категориям, и можно не изучать, например, заново склонения в латышском языке, если они уже изучены на уроках русского языка (или наоборот), а идти дальше. И, в-третьих, конечно, ни родителям, ни учителям не надо бояться, что будет падать уровень требований, потому что компетенции компетенциями, а знания тоже нужны, и никто не отменял теории в математике и в грамматике.

Основная нагрузка в этой реформе ложится именно на учителей, они должны найти новый подход: по-другому планировать уроки, кооперироваться и работать вместе, чтобы пересмотреть планы и содержание разных предметов, но сходных по направлению, например, естественные науки, языки, чтобы сократить время учебы. Самый главный акцент будет сделан на то, чтобы ученики выполняли большую часть работы непосредственно на уроках, то есть сократятся домашние задания.

Большое внимание также будет уделяться тому, чтобы ученики работали вместе, например, в группах, когда ученики могут сами передавать друг другу знания, что естественно, когда дети учатся и познают мир.

И мне кажется, всего этого не надо бояться родителям, так как вся ответственность ложится на директоров школ и администрацию, от которых действительно потребуется что-то новое: как планировать день, уроки, потому что в проекте есть пункт, который предполагает, что в 1-6-х классах уроки могут быть не только по 40 минут, а длиннее или короче. Школы должны планировать больше практических занятий, экскурсий, чтобы обучение стало интерактивным. И, наверно, для директоров школ это действительно серьезная реформа.

Чтобы глаза горели и техническое оснащение не подвело

Но все эти нововведения потребуют дополнительного времени от педагогов, которые и так жалуются на горы отчетности. К тому же учителя много лет работали по готовым планам и программам. Да и силы уже не те, и энтузиазма поубавилось с годами, ведь не секрет, что большинство преподавателей находится в стадии ожидания пенсии…

Да, это так, учителям нужно найти время на то, чтобы самим пересмотреть и скооперировать планы своей работы, хотя ирония заключается как раз в том, что мы долгие годы приучали их работать по планам. Относительно многочисленной документации, которую приходится вести учителям и администрации школ, то действительность такова, что школы вынуждены оберегать себя, в том числе и от необоснованных родительских претензий, потому как нет четких рамок, что же обязана давать ребенку школа, а что все-таки должно воспитываться в семье.

Что же касается возраста, то мы еще не старые, многим до пенсии осталось еще 15-20 лет, и, наверно, надо вспомнить то время, когда не было обязательных программ, когда мы находили инновативные подходы, работали с энтузиазмом. Я понимаю, что нагрузка и зарплата определенным образом влияют на учителей, но когда педагог заходит в класс, он преображается, потому что ему нравится его работа. И я бы хотела прервать процесс негативного отношения к учителю в обществе. Когда мы плохо говорим об учителях, мы влияем на своих детей, и следует подумать, какой негатив мы продуцируем таким образом. Все взаимосвязано, и мы оказываемся в замкнутом круге: то, что мы говорим про учителя дома, ребенок несет потом в школу, а оттуда потом приносит обратно в дом. Об этом следует задуматься, и это изменит отношение не только к профессии, но и к личности учителя. Если будет уважение, тогда можно и что-то требовать, а не наоборот.

Новое содержание образования сложно представить без современного технического оснащения школы. В частности, на каждой парте должен стоять компьютер или хотя бы планшет, чтобы ученик мог сам искать информацию, как, кстати, и обещал когда-то экс-министр Роберт Килис. Мы можем сегодня так оснастить наши школы?
Конечно, это действительно требование 21-го века, и было бы нормально, если бы в классе стояло 5-6 компьютеров, которыми могут пользоваться ученики. И если директор школы требует эти компьютеры от своего самоуправления, они в классах в конце концов появятся. Этого же требует и новое содержание образования. Разговор о том, что каждого ученика в классе надо обеспечить планшетом, возникли в 2012 году, и я могу сказать, что такие классы сегодня есть. Опять же многое зависит от директора школы. Но здесь тоже можно найти самые разные решения. Например, у нас была дискуссия с директорами нескольких школ, и они заинтересовались возможностью использовать для учебы в старших классах мобильные телефоны.

Деньги на ветер

Вот вы говорите, что директор должен требовать у самоуправления оборудование. А от чего зависит выполнение таких требований? Настойчивость, личные связи? Почему в одной школе аудиостудия, а в другой поломанные парты еще с советских времен и директор говорит, что у него нет денег?

Нужно требовать, писать, говорить - самоуправление заинтересовано в том, чтобы выслушать директора, и в силу своих возможностей оказать помощь. Я знаю, что есть директора, которые никогда и не спрашивали, считают, что нет денег и не будет. Или он один раз спросил, но не попал в очередь, и говорит, что теперь он больше не будет спрашивать вообще. Нужно больше энергии. Поэтому быть директором очень трудно, а сейчас тем более, когда школа должна осуществить сразу несколько реформ. В свою очередь Родительский совет может помочь директору, вместе с ним требовать у самоуправления техническое оснащение.

Допустим, оборудование получили, но кто же подготовит учителей, ведь им придется учить по-новому?

Такие курсы повышения квалификации уже есть. Их пока немного, и это как раз вопрос для обсуждения: нужно ли тратить 7 млн евро европейских денег на обучение учителей латышскому языку, или лучше направить их на переквалификацию в рамках нового содержания образования?

Поспешишь - людей насмешишь?

А что такого произошло, что 15 лет всех более-менее устраивало билингвальное образование, а тут вдруг все, предел, надо срочно за два года перевести все обучение только на латышский язык?

Два года даже не получается, потому что первые изменения запланированы уже с 1 сентября 2019-го: сразу во всех классах (1-6-х) - преподавание на латышском языке 50%, и в 7-м классе - 80%. Я бы не назвала это билингвальным обучением, потому что там на родном языке будут только русский язык и литература и, может быть, еще что-то, связанное с культурой.

И тут нельзя сказать, что политики приняли решение, которое выполнимо со стороны школы. Слишком много реформ одновременно. Если вы начали реформировать содержание образования - это одна задача. А у школ нацменьшинств возникает и второй вопрос: на каком языке и какие предметы? Будет ли предмет только на латышском языке, или можно как-то разделить - половина на латышском языке, а половина на русском? Слишком много вопросов, чтобы решить их за полтора года. Если только в августе будут образцы программ для школ национальных меньшинств, то учителю остается очень мало времени, чтобы переделать свой учебный план. И самый главный вопрос, смогут ли учителя это сделать? Если ты 25 лет преподавал математику на русском языке, хватит ли тебе года, чтобы полностью пересмотреть свою методику и начать преподавать математику на латышском языке? Для этого слишком мало времени.

Самое главное, о чем я думаю: политики приняли радостное для себя решение к 100-летию Латвии, но не подумали, смогут ли школы это реально сделать. Нужно было дать больше переходного времени, указав, какие именно изменения должны произойти к 2023 году, и предоставить школе выбор, как бы она могла эти изменения осуществить.

Это не вопрос об отношении, нравится - не нравится, это не вопрос о лояльности, это вопрос о том, как это сделать и какие для этого у директоров школ есть дополнительные средства и возможности. Учителям еще работать и работать, и те, кому 55 лет, просто так не уйдут. Им действительно нужно время, и я думаю, что для них не самый главный вопрос: как я буду преподавать на латышском? Вопрос, как сделать это на хорошем профессиональном уровне? Разговор же не о средней школе, где ученики уже хорошо знают язык и учителя не видят больших проблем. Больше вопросов о первоклассниках - они приходят в школу с разным уровнем знания языка, смогут ли они обучаться уже с сентября?

Опять же встают профессиональные вопросы, которые были еще 20 лет назад: как все это будет происходить с точки зрения методики? И министерство об этом не говорит с директорами и учителями. Хотя, по-моему, если есть такое решение, министерству нужно говорить с профессионалами.

Неужели никто в министерстве не понимает абсурдность сложившейся ситуации? Почему никто не объяснит министру и его подчиненным последствия таких поспешных действий? Или они не слышат разумных аргументов?

Начну с того, что, наверно, это все-таки политическое решение и политическая идея, и чиновники в большинстве случаев думают, что они должны выполнять то, что говорят политики. И в основном это действительно так. Хотя, с другой стороны, у чиновников есть возможность, и они должны говорить, если решение, по их мнению, неправильное. Но я думаю, что их аргументацию не слышат и не принимают, если таковая вообще есть. Чиновники соглашаются и делают то, что им велят.

Ждет ли нас катастрофа в образовании

Не обернется ли подобная исполнительность чиновников катастрофой в начальном и основном образовании?

Вот поэтому мэр Риги Нил Ушаков и предлагает возможность для учителей и учеников (с согласия родителей) при наличии риска, что качество образования начнет падать, выбрать дополнительно обучение на родном языке после уроков. Инициатива мэра является очень прагматичной поддержкой для обеспечения качества образования во всех школах Риги, это мудрый шаг со стороны муниципалитета.

Как она будет реализована? Либо какие-то занятия, либо кружки, но, конечно, не полное дублирование утренних уроков на русском языке, так как это неинтересно и противоестественно, никто бы на такие занятия не ходил. Предполагается, что это могут быть либо практические занятия, либо лабораторные - то, что выбирают сами школы, например, физика на иностранном языке. Многие школы рассматривают дополнительные занятия по латышскому языку, но опять же это не то же самое, что проходят на уроках, а, например, практика устной речи.

В любом случае это дополнительная нагрузка на ученика…

Но если у вас при этом не будет домашней работы, то на такие занятия уйдет то же самое время. Хотя ясно, что домашние работы останутся, но их можно будет делать в это дополнительное время в школе с учителем, а не дома с родителями.

И дополнительная нагрузка на учителя…

Поэтому я и говорю, что нельзя накладывать одну реформу на другую, нужно определить приоритеты, и приоритетом должно стать именно изменение содержания образования. Потому что учитель тоже человек, он устает. И если задач и целей слишком много, то что происходит? Правильно, учитель теряет энтузиазм.

Теперь обратимся ко второй «реформе» - оптимизации. 25 школ будут закрыты только в новом учебном году. В основном это маленькие латышские региональные школы. Как вы прокомментируете такую оптимизацию?
Конечно, я считаю, что начальная и основная школы нужны как можно ближе к дому, и если говорить о минимальном количестве детей, то одна директор заметила, что в классе должно быть не менее 5 ровесников. Но пока у нас деньги следуют за учеником, а ничего лучше так и не придумали, перед самоуправлением встает вопрос, из чего платить учителям зарплату. Или оставить всех и платить по чуть-чуть, или оставить одного-двух преподавателей, которые будут вести все предметы, и платить им нормальную зарплату (остальных уволить). Многим самоуправлениям приходится и вовсе закрывать школы, хотя это решение им дается очень нелегко.

Не списывайте нас со счетов!

Прислушивается ли мэр Риги Нил Ушаков к вашим советам?

Я надеюсь. Главное, что он хочет слышать мое мнение. Хотя иногда оно даже слишком реально и, может быть, даже не кажется позитивным. Но моя работа состоит и в том, чтобы сказать, какие есть риски, и предложить решение, как их избежать. Кроме того, у меня есть несколько неординарных решений, где найти кадры для школ, и я думаю, что у меня получится пополнить человеческие ресурсы. Потому что вузы пока не могут дать нам необходимое количество педагогов. Но я всегда говорю, что нужно работать и с теми учителями, которые сейчас трудятся в школе, а не списывать их со счетов. Не списывайте нас, нам еще 15 лет работать! Это ужасно, когда министр говорит, что они уйдут, и на их место придут новые!

Каковы ваши дальнейшие планы? Не собираетесь ли вы пойти в политику, чтобы влиять на реформы в образовании?

Это хорошая мысль, я думаю об этом, но не сейчас.

Подробнее читайте на vesti.lv ...

134 +