фото показано с : vesti.lv

На состоявшихся на прошлой неделе очередном и внеочередном полном собрании акционеров АО Olainfarm в отношении изменений в руководстве предприятия неожиданных поворотов не случилось. Вспыхнувшие уже в начале очередного собрания разногласия между миноритарными акционерами и по сути не удостоившимся доверия большинства акционеров советом и правлением дали понять, что собрание пройдет далеко не в спокойной атмосфере, пишет газета Diena.

Уже при приближении к территории Olainfarm в глаза бросалось усиленное присутствие стражей закона - рядом с ней целый день дежурило много сотрудников полиции. Однако неуютное ощущение возникло из-за явно немалого количества охранников около проходной Olainfarm (где проводилась регистрация акционеров) и на самой территории предприятия. Здание администрации Olainfarm, в котором состоялись собрания акционеров, было едва ли не полностью окружено сотрудниками охраны предприятия в военизированной униформе. Причем нельзя было не заметить и того, что среди акционеров присутствовали и охранники в штатском.

Страсти бушуют

Обострение началось уже при регистрации, когда на собрание не пустили представителя акционера, которому была выдана доверенность представлять более 500 000 акций. Это продолжалось наряду с первыми формальными голосованиями в начале собрания акционеров, когда возникли разногласия между руководством предприятия и миноритарными акционерами об утверждении комиссии по подсчету голосов - акционеры возразили по поводу способа голосования.

Вопреки возражениям акционеров голосование состоялось и комиссия была избрана. Аналогично все прошло с избранием ведущего собрания.

Во время всего собрания чувствовалось, что оно проходит по определенному сценарию: части миноритарных акционеров, высказывавших возражения или критику по вопросам повестки дня собрания или руководства предприятия, приходилось испытать на себе более или менее заметное высокомерное отношение, даже при получении замечаний, что якобы речь не идет о рассматриваемом вопросе, при том, что другим малым акционерам позволялось высказываться без замечаний. Хотя в зале было видно несколько микрофонов (ведущий собрания или докладчики по вопросам повестки дня ими и пользовались), акционерам неоднократно приходилось призывать руководство собрания обеспечить их выдачу и тем акционерам, которые выражали свое мнение о рассматриваемых вопросах с мест. Однако большую часть времени собрания акционерам пришлось говорить без микрофона, вследствие чего остальные практически не могли расслышать заданный вопрос, на который отвечали члены совета и правления. Таким образом, часть акционеров была лишена возможности полноценно следить за ходом дискуссий по обсуждаемым на собрании вопросам.

Нарушается закон?

Однако наибольшие разногласия между частью миноритарных акционеров и правлением и советом Olainfarm вызвал вопрос повестки дня об утвеждении отчета о деятельности Olainfarm за 2019 год.

А именно, акционеры Olainfarm, представлявшие на собрании акционеров около 17 % от общего числа акций предприятия, т. е. представители Ники Савельевой, представляющего интересы Ирины Малыгиной эстонского предприятия Olfim OÜ, но отложить утверждение годового отчета. Однако после длительных дискуссий и обмена резкими репликами, во время которых представители данных акционеров даже указали на возможность того, что в случае утверждения отчета и выплаты дивидендов от правовых последствий этого решения, возможно, не соответствующего закону, может пострадать каждый акционер Olainfarm, возражения были отклонены и большинство акционеров отчет утвердило.

Такие действия правления Olainfarm Савельева, RFF и Olfim в качестве миноритарных акционеров считают грубым нарушением закона и игнорированием прав акционеров, поэтому уже обратились с заявлением в Комиссию по рынку финансов и капитала (КРФК).

«Мы огорчены тем, что КРФК, в обязанности которой входит надзор за биржевыми предприятиями регулируемого рынка, до сих пор надлежащим образом не вмешалась в происходящее в Olainfarm, хотя мы информировали комиссию о повторных нарушениях со стороны правления Olainfarm и несоблюдении прав акционеров. Законодатель предоставил КРФК обширную свободу действий в таких случаях, и мы надеемся, что это вопиющее нарушение прав миноритарных акционеров будет расценено соответствующим образом», - подчеркнул полномочный представитель Olfim Сандис Петровичс.

О чем спор?

Можно было бы считать, что возражения RFF, Olfim и Савельевой являются лишь «формальными» и их цель, как допускали отдельные акционеры, якобы состоит в том, чтобы создать деструктивную атмосферу на собрании и не допустить выплаты дивидендов. Однако из оценки высказанных аргументов следует, что речь идет о возможных существенным несоответствиях, у которых могут быть далеко идущие последствия. А именно, одно из возражений высказано против статьи отчета «Чистая прибыль концерна и материнского предприятия», в которой указано, что «в отчетный период на прибыль концерна положительно повлияло (. . . ) сокращение расходов на продажу на 7 103 000 евро, так как были пересмотрены отношения с партнерами по маркетингу».

Было отмечено, что единственный партнер по маркетингу, о котором известно, что сотрудничество пересмотрено и с кем расторгнут договор, - это зарегистрированное на Кипре предприятие Banestar Management Limited (Banestar), информацию о чем Olainfarm неоднократно предавало гласности. Так как договор с Banestar расторгнут в одностороннем порядке со стороны Olainfarm, а реализация на соответствующих рынках продолжилась, существует вероятность того, что Banestar обратится в суд с требованием уплатить надлежащее возмещение. На основании этого аргумента акционеры заметили, что есть основание оспорить правильность этой статьи отчета, а именно о включении суммы, незаплаченной Banestar, в прибыль акционерного общества, а не в накопления в связи с риском возможного требования покрытия убытков от Banestar . Если Banestar взыщет эти деньги с Olainfarm, отчет за 2019 год будет утвержден с несуществующим размером прибыли. Интересно, что наиболее пламенно возражения акционеров против отчета за 2019 год отвергала исторически связанная с Юрисом Савицкисом Зане Котане, назначенная в правление Olainfarm лишь в середине 2020 года, то есть вовсе не участвовавшая в его хозяйственной в 2019 году.

Кроме того, в отчете за 2019 год консолидированного и материнского предприятия концерна Olainfarm, а также в докладе совета Olainfarm на собрании акционеров указано, что летом 2019 года был привлечен международный консультант в области фармацевтики IQVIA, чтобы определить главные сферы специализации для дальнейшего устойчивого роста отрасли и рынка. Согласно выводу акционеров, консультант оценку произвел и был определен стратегический план действий на 2020 год. «Значит, и некая сумма денег заплачена, которая, возможно, даже превышает 100 тысяч евро, и это необходимо проверить точно. Однако в годовом отчете среди нематериальных вложений не упоминаются эти расходы, невозможно и сделать вывод, на какое время они отнесены. С учетом вышесказанного у акционеров Olainfarm есть основание оспорить нематериальные вложения, которые, возможно, не были правильно идентифицированы в годовом отчете Olainfarm», - отметили акционеры.

На основании существенной необходимости уточнить эти нюансы в отчете предприятия за прошлый год представители Olfim, Н. Савельевой и RFF призвали не голосовать за утверждение отчета Olainfarm за 2019 год и вернуться к этому вопросу тогда, когда неясности будут уточнены. Частью 3 статьи 179 Коммерческого закона предусмотрено право акционеров, представляющих как минимум одну десятую часть основного капитала, оспорить на собрании акционеров правильность отдельных статей годового отчета, и в этом случае утверждение отчета обязаны отложить. Однако на этом собрании право акционеров, находящихся в меньшинстве, не было учтено, и отчет утвердили.

Срывают кворум

Условно неожиданный поворот на собрании акционеров произошел в тот момент, когда были рассмотрены все вопросы, включенные в изначальную повестку дня правлением Olainfarm. Когда собрание дошло до вопросов, включенных в повестку дня акционером Савельевой, а именно, о снятии ревизионной комиссии и совета, а также о проведении внутренней ревизии в Olainfarm, полномочный представитель крупнейшего акционера SIA Olmafarm встал, положил на стол перед ведущим собрание документы и покинул зал. Оказалось, что руководство Olmafarm уполномочило его принимать решения только по вопросам, изначально включенным в повестку дня и, как видно из хода собрания, по всем вопросам было полномочие голосовать «за», а за инициированные Савельевой проекты решений он не был уполномочен голосовать. Ведущий собрания после ухода представителя Olmafarm зачитал аргументы, изложенные на нескольких листах, суть которых фактически состояла в том, что Olmafarm признательно оценивает работу и Olainfarm в целом, и правления и совета предприятия, не усматривает необходимости в проведении внутренней ревизии и тем менее считает необходимым менять состав совета. Судя по комментариям акционеров, Коммерческим законом не предусмотрена возможность констатировать отсутствие кворума посреди собрания: если кворум констатирован в начале собрания акционеров, собрание должно пройти до конца.

Впрочем, здесь следует сделать вывод: ход собрания 22 сентября уже свидетельствовал о том, что инициированные Савельевой проекты решений все равно не получат на собрании поддержки преобладающего большинства, поэтому срыв кворума, который таким образом не позволил присутствовавшим в зале акционерам высказать в голосовании свое мнение о предложениях Савельевой, больше похож на демонстрацию отношения к мнению миноритарных акционеров в публичном акционерном обществе. Однако, даже при отклонении предложения Савельевой о внутренней ревизии, ее все равно мог бы провести выбранный Савельевой ревизор, так как такое право Коммерческий закон предусматривает для любого миноритарного акционера с 5 % акций.

Менее чем через час после закрытия этого собрания должно было состояться внеочередное собрание акционеров Olainfarm. Однако было ясно, что это мероприятие будет всего лишь «для галочки», так как полномочный представитель Olmafarm на чрезвычайное собрание не зарегистрировался.
Сразу же после того, как акционеры собрались в зале, им сообщили, что число акционеров, зарегистрировавшихся для участия во внеочередном собрании, не обеспечивает кворума, и тем самым собрание было объявлено несостоявшимся.

Криминальный нюанс

Однако скандалы, связанные с Olainfarm, не ограничиваются одними лишь спорами крупнейших акционеров между собой и демонстрацией силы на собраниях акционеров, так как действия отдельных совладельцев предприятия уже оказались в поле зрения правоохранительных органов. В распоряжении газеты Diena оказались сведения о заявлении SIA Zdorovie Europe (ZE) в Юрмальский участок Рижского регионального управления Государственной полиции о возможных преступных деяниях по отношению к ZE. На данный момент начат уголовный процесс о действиях Сигне Балдере-Силдедзе, возможно, даже неоднократно продававшей акции несовершеннолетней дочери, однако редакции Diena пока не удалось выяснить, насколько далеко продвинулось расследование и присвоен ли кому-либо процессуальный статус по этому делу.

Diena уже писала о правовых претензиях ZE по отношению к Сигне Балдере-Силдедзе, естественному опекуну дочери покойного владельца Olainfarm Валерия Малыгина Анны Эмилии Малыгиной, которая обвиняется в мошенническом выманивании крупной суммы денег. В сентябре прошлого года между ZE и несовершеннолетней Малыгиной, от имени которой действовала ее опекун Балдере-Силдедзе, был заключен предварительный договор к договору купли-продажи, которым предусмотрено, что Малыгина продает акции Olainfarm и треть долей капитала Olmafarm компании ZE. Для заключения предварительного договора было получено согласие Юрмальского городского сиротского суда соответственно установленному законом порядку для сделок с имуществом несовершеннолетнего.

Стороны условились, что в качестве доказательства и обеспечения дальнейшего выполнения сделки ZE изначально внесет гарантийную сумму. Четыре миллиона евро будут заплачены после того, как будет получено решение Юрмальского городского сиротского суда о соответствии предварительного договора интересам Малыгиной. Разрешение сиротского суда заключить предварительный договор было получено, и в октябре прошлого года на текущий счет Малыгиной в банке были перечислены четыре миллиона евро. Остальная часть суммы должна была быть заплачена после того, когда Малыгина, то есть Балдере-Силдедзе, выполнит ряд условий, в том числе выдаст доверенность ZE на распоряжение долями капитала Olainfarm и Olmafarm. Эти условия так и не выполнены, а Балдере-Силдедзе свободно и бесконтрольно, вопреки условиям предварительного договора, продолжает распоряжаться этими долями капитала. Если бы Балдере-Силдедзе соблюдала заключенный договор, на собрании акционеров должны были голосовать другие люди и, возможно, результат голосования тоже был бы другим.

С момента заключения договора Балдере-Силдедзе уклоняется от исполнения обязательств. Причем за это время, по информации ZE, она успела начать или даже успешно завершить переговоры о продаже этих же долей капитала другому покупателю - возможно, зарегистрированному в Чехии предприятию BHM group a. s.
Часть из полученных четырех миллионов Балдере-Силдедзе, возможно, использовала для расчета со вдовой Валерия Малыгина, о том, на что израсходованы остальные деньги, на данный момент точных сведений не имеется.

Учитывая уклончивые действия Балдере-Силдедзе после получения четырех миллионов, есть основание считать, что Балдере-Силдедзе уже в момент начала сделки не планировала добросовестно ее выполнять и, возможно, ее целью было обманом выманить у ZE финансовые средства в крупном размере.

Таким образом, есть основание предположить, что Балдере-Силдедзе данными действиями осознанно угрожает законным интересам опекаемой ею несовершеннолетней дочери, хотя опекун именно что должен действовать в интересах опекаемого. Может возникнуть ситуация, в которой опекун фактически использует несовершеннолетнюю дочь для осуществления своих преступных целей, злоупотребляя доверием третьих лиц в плане того, что перечисление денег несовершеннолетнему лицу надежно и безопасно, поскольку за соответствующими сделками надзирает сиротский суд. Согласно статье 171 Уголовного закона (злоупотребление правами опекуна) за использование опекунства или попечительства, вредящее опекаемому или попечительствуемому, предусмотрена уголовная ответственность. Опекун в данном случае злоупотребляет своим правом опекуна, фактически распоряжаясь собственностью несовершеннолетнего в своих корыстных целях, противоположно законным интересам опекаемого.

29 сентября Юрмальский городской сиротский суд будет оценивать действия Балдере-Силдедзе и ее соответствие должности опекуна. Можно догадаться, что вопрос отстранения Балдере-Силдедзе от управления имуществом дочери инициирован именно ZE, причем в качестве нарушений указаны и невыполнение заключенного договора, и возможной перепродаже акций дочери, и начете СГД на руководимое Балдере-Силдедзе предприятие за возможную схему с НДС в размере 200 тысяч евро. Ясно, что задача для сиротского суда неординарная, так как букет нарушений очень уж роскошный. Возможно, это ощущает и сама Балдере-Силдедзе, воспринимая свое отстранение как дело очень даже возможное, так как в качестве лучшей замены опекуна она указала своего отца Хелмутса Балдериса-Силдедзиса. Так как сиротский суд находится в подчинении Юрмальской думы, приходилось слышать, что Балдерис-Силдедзис искал поддержки для положительного решения вопроса у мэра Юрмалы Гатиса Труксниса. Ближайшие дни покажут, закроет ли сиротский суд глаза на предыдущие действия Балдере-Силдедзе или на сцене Olainfarm появится новый актер.

Подробнее читайте на vesti.lv ...

197 +