В субботу Латвию, да и Россию, где он был неимоверно популярен, потрясло известие о том, что из жизни ушел замечательный писатель Слава Сэ. Родился в Риге и умер в ней - увы, от коронавируса. Ему было всего 52 года.

Он полвека жил рядом с нами. Поначалу его знали в узких кругах. Пел авторские песни на бардовских фестивалях и концертах. Окончил психологический факультет Международного института практической психологии в Риге и достаточно долгое время работал психофизиологом в комиссии медэкспертизы при МВД Латвии. После окончания занимался интерпретированием психологических тестов в службе по найму персонала.

С тех пор и пошла его писательская деятельность - всерьез началось с того, что известная российская исполнительница Пелагея потеряла в автоаварии своего друга, баяниста своего коллектива. На помощь прислали Вячеслава Содатенкова (настоящее имя и фамилия Славы Сэ), который придумывал утешительные рассказы для певицы. Часть из них он потом опубликовал в интернете под псевдонимом "Адриано Челентано". Вовремя заметили российские издатели и Михаил Задорнов - и издали его книгу добрых рассказов "Сантехник" в российском издательстве "АСТ", для начала тиражом в 5 тысяч экземпляров. Серьезный тираж по нынешним временам. А уже спустя пару лет его тиражи доходили до ста тысяч - такое бывало только в советские времена. И до сих пор ни один современный писатель из Латвии этот рекорд не перекрыл.

* * *

Он действительно работал сантехником, и очень успешно, ведь хороший сантехник сегодня - это вам не печальный Афоня из фильма Георгия Данелии, зарабатывает хорошо. А сантехником стал, чтобы больше времени проводить с детьми, которым рассказывал сказки. С этого все началось - его, казалось бы, немудренные рассказы с налетом юмора становились лучшим рецептом от хандры и депрессии. Стал настоящей знаменитостью - даже подолгу уезжал с концертами в Россию, которую исколесил всю, от Калининграда до Владивостока; в солнечный Израиль заезжал. При этом до конца оставался и с нами - например, в Рижском русском театре им. М. Чехова шел спектакль "Голодранцы-аристократы", в котором он играл маленькую роль.

"Я там на заднем плане, уличный неаполитанский музыкант с гитарой, - говорил он. - Роль без слов. И только пытаюсь иногда что-то сказать. Иногда получается и я выкрикиваю: "Белиссимо! Белиссимо!" То есть - "Прекрасно! Прекрасно!" Может, кто и слышит…

* * *

А тем временем у него пошел успех в России и как у сценариста. Его последний проект - сериал "Свингеры", который в России сейчас снимает известный латвийский кинорежиссер и продюсер Андрейс Экис. "Вообще-то все, кто сейчас активно пишет, работают в основном сценаристами для различных больших сериалов, - рассказывал Слава. - Сценарии пишутся для Москвы, а также для каких-то загадочных украинцев по имени Микола. Или для СТВ, которые снимают мультики про богатырей. Однажды заказали сценарий, чтобы снять что-то вроде "Ликвидации". В результате полгода изучал одесскую мову. Почти выучил".

Во всех биографиях Славы Сэ теперь ярко ставят факт, что он один из авторов сценария популярной в России киноленты "Джентльмены, удачи! - 2". Хотя как раз к этому факту биографии он относился достаточно критически.

"Я изначально не ожидал успеха. Сразу знал, что это проект печальный и ничего хорошего там не выйдет. Но мне было интересно. Со мной работали люди, занимающиеся не великим творчеством, но настоящим делом". И тут Слава начинал говорить с непередаваемой в печати интонацией, несколько иронично, что ли: "Например, я познакомился с очень интересными людьми. С Гошей Куценко. Мне ночью звонил сам Тимур Бекмамбетов и чего-то спрашивал!". А потом переходил на обычную интонацию: "В общем, в результате от меня в фильме осталось две сцены, не помню даже каких. Кажется, это где капитан полиции в исполнении Сергея Безрукова выходит и говорит загробным голосом: "Он еще вернется!" Вот, это моя фраза, горжусь!"

"Нет, ну в самом деле было интересно. Например, видел, как снимали сцену с "КамАЗом", который должен был мчаться по пустыне. Снимали в Питере в пыльном павильоне. И всю съемочную группу пригнали. Чтобы они раскачивали этот "КамАЗ". Очень интересно было трясти железо весом в 20 тонн. В 12 часов заканчивалась сцена с тряской "КамАЗа", а через три часа на Васильевском или каком-то там еще острове снимали финальную сцену, где машину встречает куча арабов. Где взять кучу арабов, если первый попавшийся потребовал 10 тысяч долларов за съемочный день, аргументировав это тем, что он в национальном одеянии? Ну ничего, адъютант по персоналу через три часа каким-то образом нашел сто арабов, причем все были уже в национальных одеждах. Я помню эти съемки, ветер, шпиль Адмиралтейства вдали. Арабы все разбежались, осталось человек 15… Как получился фильм - ума не приложу".

* * *

По словам Славы, Чехов считал, что умение писать сводится к умению сокращать. А Бабель выкидавал все страдательные наклонения и окончания "ся". Стивен Кинг выбрасывает все наречия. Нора Галь писала: почему мы любим Шекспира и Хемингуэя? Потому что в переводе Лозинского эти писатели короче, чем в английском языке. Даже Толстой и Достоевский писали так, что у них нет сложносочиненных предложений. Чем короче речь, тем она ярче.

Так и Слава над своими "легкими" текстами работал достаточно тяжело. "Я знаю, что серьезно пишущие люди даже считают слоги в словах и слова в предложении, - рассказывал он. - Есть два критерия успешной книги. Первое - это легкочитаемость. Или то, что мы называем "упасть в текст". Тут мне почему-то всегда вспоминается история, как Марина Цветаева зашла в библиотеку, упала книга Льва Толстого, раскрывшись посередине, и ее просто поглотил текст.
Настолько, что она забыла счет времени на три часа и опоздала на какое-то важное свидание. Второй критерий - это напряжение текста. Наверное, с этим я еще не умею работать, но, надеюсь, когда-нибудь научусь. В общем, мы люди все знающие, так что помним, кто там говорил о том, что человек сперва пишет сложно и плохо, потом сложно и хорошо, потом плохо и коротко и только потом коротко и хорошо".

* * *

…Он умел писать и коротко, и не очень коротко, и хорошо. Навсегда запомнится сцена во время одной из творческих встреч со Славой. К нему подбежала девушка: "Слава! Надпишите мне книгу, надпишите! Надпишите на имя моего свекра. Понимаете - для свекра!" Он был хорошим писателем и психологом. И очень хорошо, что у нас остались его книги, которые действительно помогают умению учиться жить.

"Но главное, что народ помнит мои тексты. Недавно был в Одессе, и зритель чуть ли не хором подсказывали мне мой давно, казалось бы, давно забытый текст про то, как моя дочка в три года впервые пошла мыться в ванную, осмотрела себя со всех сторон и обнаружила, что у нее в попе дырка. А до этого она думала, что полностью герметичная. И прибежала вся в слезах, а я ее успокоил: "Знаешь, мы такая семья, что у нас там у всех так… И даже у бабушки!" И на следующий день Алика пошла в детский сад и всем доложила, какие мы уникальные люди".

Вот и Слава Сэ был уникальным. Как раз сейчас вышла его последняя книга - "Маленькая опера". Найдите и купите ее, и это будет лучшая дань памяти замечательному рижскому Славе.

Андрей ШАВРЕЙ.

Человек сперва пишет сложно и плохо, потом сложно и хорошо, потом плохо и коротко и только потом коротко и хорошо.

Через три часа каким-то образом нашли сто арабов, причем все были уже в национальных одеждах.

.

Подробнее читайте на vesti.lv ...

39 +