О чем писала латвийская газета «СЕГОДНЯ» 100 лет назад. "Мейеровиц о наступлении большевиков" "Несмотря на то, что за последнее время большевики концентрируют войска, начиная от границ Финляндии до Румынии, вывести из этого факта определенные заключения о намерениях большевиков было бы преждевременно.

Кроме того, министром уже получен большевистский отзыв по этому делу. Тем не менее возможность нападения со стороны России не исключена, но в таком случае министр убежден, что одновременно с наступлением большевиков создастся теснейшее объединение окраинных государств для общей борьбы с неприятелем. Министр убежден в близком заключении окончательного польско-советского мира, после чего наступит общий мир окраинных государств с Советской Россией. В ближайшем будущем состоится встреча министра Мейеровица с князем Сапегой. Будут вестись переговоры о союзе Балтийских республик.

Большевики лояльно исполняют латвийско-русский мирный договор; Латвия с Польшей, Финляндией и Литвой находятся в наилучших отношениях. Латвия старается сгладить разногласия между Польшей и Литвой. После ликвидации авантюры Гольца латвийско-германские отношения стали дружественными, так что нормальные экономические сношения уже возобновляются. Цель поездки Мейеровица в Рим, Париж и Лондон - достигнуть признания Латвии и возобновления торговых связей с великими державами. Министр надеется, что цель его поездки будет достигнута, и что на Востоке настанет период мира и равновесия".

"О твердом фундаменте"

"Нелады и нестроения русской общественности в Риге настолько одно время были "бытовым явлением" и общим местом, что даже наиболее чуткие и отзывчивые нервы перестали было реагировать на всевозможные шипы и клинья, торчащие из колес русской телеги в Риге.

К счастью, за последнее время нескладная общественная жизнь, поддаваясь воплям тех "семи праведников", которых, по писанию, имеют даже Гоморра и Содом, начала подтягиваться, и если все еще незаметно идеальной "тиши да глади", то по крайней мере исчезла хоть та внешняя грызня и свалка, которые так компрометировали русских в глазах соседей, тоже не отличающихся особым миролюбием, но умевших гасить огни недовольства в своей среде не кустарными и громоздкими баграми, а маленьким портативным инструментом, называемым тактом".

"О Союзе русских учителей и Педагогическом обществе"

"Недавно нам пришлось побывать на общем собрании членов Союза русских учителей в Латвии. Прежде всего поразило то обстоятельство, что несмотря на многочисленность собрания, отсутствовали популярные педагоги, хорошо известные учительству.

Некоторые из них отсутствовали, по-видимому, потому, что не имели права прийти на собрание, не будучи членами союза; а членами союза они не состоят потому, что Исполнительный комитет союза слишком узко толкует слово "русский" в уставе союза. Другие видные рижские педагоги, присутствие которых на собрании было бы весьма ценно, не пришли потому, что относятся к деятельности союза в его теперешнем виде отрицательно и не считали нужным терять время на споры и прения, результат которых можно наперед предсказать".

"Шоколадные "Скифы"

"А. Белый так убежден в спасительности чрезвычаек и красного террора и до того уверен, что Дзержинский - Христос, что восклицает:

"Именно в эти дни и часы,
Совершается мировая мистерия".

Жонглируя елейными словами и евангельскими цитатами, жующий свой казенный паек и трусящий, чтобы его не отняли, договариватся "поэт" в конце до полного и абсолютного оправдания всех низостей, гнусностей и преступностей московского Назарета…

Господи! До чего только не договорится хорошо подвешенный распутный человеческий язык, когда кишка хочет пищи. И совнарком примешь за Назарет, и в Дзержинском узришь Христа… Жутко и страшно… И единственное во всей этой тягучей и нудной поэме верное слово, откровенное признание: "Разбойники и насильники Мы…" Что ж, против правды спорить трудно.

Бронированным поэтическим пайком в Сов. России пользуются всего две тысячи человек. Следовательно, если даже такой большой и оригинальный поэт, как А. Белый, без пяти минут академик, получает этот паек ценой обожествления совнаркома, то поэтам помельче, вроде Есенина, нужны особенные дерзания, чтобы попасть на казенный кошт. Когда я читаю его "Товарища Инонию" - диссертацию на получение привилегированного пайка, мне кажется, дело происходило так:

- Что, Есенин Сергей, хочешь получить паек с шоколадом? Ну, валяй, покажи, "что ты могишь?"

- Я сегодня снесся, как курица
Золотым словесным яйцом…
Под гармошки пьяной клики
Заставлю плясать я смерть…

- Вот-вот, правильно, товарищ! Получай ордер на поэтический паек…

- Мерсите вам… Я и еще могу:

По-иному над нашей вычебью
Вспух незримой короной Бог…
Радуйся, Сионе, проливай свой свет!
Новый в небосклоне
Вызрел Назарет,
Новый на кобыле
Едет к миру Спас…

- Спасибо, товарищ, разуважил. Дать ему еще плитку щиколату… Потому, насчет Бога, он тово… Гы-гы-гы…

…Так творится сейчас в России поэзия, которую обязывает нас читать книгоиздательство "Скифы".

Ник. Бережанский".

"Самогонка"

"В Люцинском уезде, в связи с минувшими праздниками очень увеличилось крестьянское винокурение.

Трата массы муки на выгонку водки и спирта значительно отражается на рыночных ценах хлеба, а безакцизное винокурение, убавляя доходные статьи государственного казначейства, лишь содействует возрождению деревенского пропойства".

("Сегодня", 3-7 января 1921 года)

Ведущий полосы Николай КАБАНОВ.

Подробнее читайте на vesti.lv ...

36 +