2017-5-6 13:00 |
«Танечка, мне как обычно!» Эту фразу Татьяна Скрибане слышала бессчетное количество раз за свою почти 25-летнюю трудовую деятельность в кафе легендарного рижского Дома печати. Буфетчицу Танечку - а все посетители называли ее только так, не иначе - любили и знали все: и маститые журналисты, и рабочие типографии, редакторы и фотографы, кондитеры и экспедиторы.
. . Помнят и узнают до сих пор, ведь она и сегодня по-прежнему стоит за прилавком - торгует медом в молочном павильоне на Центральном рынке.
Сегодня, в Всемирный день свободы печати, и накануне еще одной памятной даты, пусть уже неофициальной, но отнюдь не забытой ветеранами печатного слова, которые 5 мая всегда отмечали, отмечают и будут отмечать свой профессиональный праздник - День советской печати, наша случайная встреча с Танечкой на базаре, видимо, совсем не случайна. О том, как ей работалось в Доме печати тогда и как живется сегодня, Татьяна Скрибане рассказала для газеты «СЕГОДНЯ».
«Я помню всех, все были молодые, весёлые»
- Сегодня я уже прабабушка, моему правнуку Ренарсу исполнилось полтора года, - как всегда приветливо улыбаясь рассказывает Татьяна. - В Дом печати я пришла в 1978 году, в 9-м общепите Ленинского района мне предложили должность бармена в кафе только что открывшегося Дома печати. Первое впечатление тогда было очень сильным - шикарный зал, красивый интерьер, застекленный зимний сад, очень хороший кондитерский цех. . . Кстати, заведующую кондитерским цехом Регину Ольшанскую и сегодня часто встречаю. Она настоящий мастер своего дела, училась во Франции, таких тортов, которые она делала на заказ, в Риге было не купить. Многие до сих пор помнят ее знаменитый «Рог изобилия», пятикилограммовый шедевр кулинарного искусства, самый дорогой торт за 10 рублей. На мой 55-летний юбилей, который я отмечала в большой столовой Дома печати, Регина испекла огромные крендели с орехами и изюмом в форме двух пятерок. Многие до сих пор вспоминают, какой изумительный запах свежеиспеченных булочек витал уже в вестибюле Дома печати. К нам в кафе в советские времена забегали на чашку кофе работники различных учреждений Задвинья - от прокуратуры до отделения милиции, который находился на ул. Кугю. Таких вкусных булочек во всей Пардаугаве не было. Кофейная, юбилейная, с корицей - по 11 копеек, ватрушка - 14 копеек (сейчас стоит от 97 центов до 1,10 евро, но вкус не тот!), корзиночка - 15 копеек, пирожное «Дайле» - 22 копейки (сегодня 1,50 евро). Чашка кофе стоила в те времена 20 копеек, сто граммов коньяка - рубль двадцать. Бутылка трехзвездочного «Белого аиста» с наценкой буфета стоила 6 рублей. Тот же святой праздник, День печати, всегда широко отмечали по редакциям, в кафе забегали, чтобы вскладчину взять бутылку наверх.
У нас столовались даже первые лица республики - Август Восс и Альфред Рубикс! Однажды в конференц-зале проходил важный партийный пленум, а потом - банкет. Правда, для обслуживания высоких гостей пригласили официантов из ресторана «Даугава». Зато мне посчастливилось наливать рюмочку коньяка великому шахматисту Михаилу Талю, который часто приходил в Дом печати к спортивному журналисту газеты «Советская Латвия» Эдику Париянцу, они дружили.
О всех журналистах, с которыми приходилось практически ежедневно общаться в Доме печати, остались самые лучшие воспоминания. «Молодежка», «Советская Латвия», «Падомью яунатне». . . Все молодые, талантливые, веселые - Виктор Резник-Мартов, Александр Блинов, Владимир Стешенко, Женя Огурок, Леша Буре, Света Шепель, Валя Корчагина, Саша Ольбик, Карен Маркарян, Женя Елькин, Янис Эйдукс, Дайнис Цауна. . . С Леной Заруцкой, Жанной Спуре до сих пор перезваниваемся, встречаемся. Часто встречаю на улице (мы живем по соседству) Владимира и Харитона Фарберов. На рынке частые гости Илья Дименштейн, Эрик Хандберг и многие другие известные перья и ветераны латвийской журналистики.
«Грустно, что Дом-легенду варварски разрушили»
На вахте в Доме печати много лет сидела Марута, я ее тоже часто встречаю сегодня, такая же боевая женщина, регулярно покупает у меня мед. До сих пор дружу с девочками, с которыми много лет отстояла за прилавком, буфетчицами Иреной и Рутой (к сожалению, ее недавно похоронили). И до сих пор хожу к мастеру, которая 20 лет проработала в парикмахерской Дома печати, - парикмахеру Татьяне Гальпериной!
От своих постоянных покупателей на рынке с сожалением узнала о смерти многолетнего директора Дома печати Казимира Дундурса. Последний раз я видела его прошлым летом в троллейбусе. Ему было за 80, но выглядел он бодрячком, был полон энергии, похвастался, показав мозоли на руках: «Танечка, я теперь столяр! Помогаю своему сыну в бизнесе, работаю руками!»
Дом печати, его столовки (большая и типографская), кафе («зебра», «паровозик»), гриль-бар, кондитерская, пиццерия - большая часть моей жизни связана с этими местами и интереснейшими людьми, которые там бывали. Грустно, что этот Дом-легенду варварски разрушили. . . Несколько лет назад молодые латышские журналисты снимали документальный фильм о Доме печати. Меня нашли на базаре, пригласили поделиться воспоминаниями, привезли в нижнее кафе в Дом печати. От увиденного, - все вокруг было вырвано с корнем, разбито, - у меня стоял такой комок в горле, что я не могла сказать ни слова. . .
Подробности читайте в новом номере газеты «СЕГОДНЯ НЕДЕЛЯ» с 3 мая
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
