2017-6-12 13:20 |
Звезда и смерть латгальского бунтовщика Леона ПлятераОдним из самым громких событий 1863 года стало антироссийское восстание в Польше. В Латгалию, значительная часть которой в свое время входила в так называемые польские Инфлянты и была полонизированным краем, прибыли эмиссары заговорщиков.
Накануне мятежа
Нужно учесть особенность той Латгалии: две трети земель здесь принадлежало крупным собственникам - польским магнатам Ходкевичам, Сапегам, графам Плятерам, графам Борхам, баронам Корхам и Гильзенам. Магнаты традиционно плохо относились к российским властям и часто сами участвовали или помогали вооруженным выступлениям против них. Особенно это относилось к роду Плятеров, происходившему из рыцарской элиты бывшего Тевтонского ордена.
Исследователь из Даугавпилса Евгений Голубев пишет: «С одной стороны, представители этого древнего рода отличались умом, образованностью, настойчивостью, огромной энергией… С другой - словно по наследству Плятерам передавались невероятная алчность, расчетливость, лицемерие, жестокость, хитрость, изворотливость и невероятная гордыня».
Ненависть к российскому государству являлась одной из традиций этой фамилии. В 1578 году комендант построенной Иваном Грозным на месте возникшего позже города Динабурга крепостцы полковник русской службы Вильгельм Плятер, напоив собственный гарнизон, открыл ворота польскому войску гетмана Ходкевича и потребовал за это денежной награды у короля Стефана Батория.
Граф Людвиг Плятер послужил Наполеону, получил прощение и высокий чин от царя Александра I, но присоединился позже к мятежу против России. В восстании 1830-1831 годов активное участие принимали Цезарь и Эмилия Плятеры. Пылкую и романтичную Эмилию, прожившую очень короткую и яркую жизнь, некоторые даже называли «польской Жанной д`Арк»…
Начать восстание
В 1863 году восстание в Динабурге предполагалось начать 16 апреля. По плану, разработанному главарем бунтовщиков Литвы и Белоруссии Сигизмундом Сераковским, сначала необходимо было овладеть мощной крепостью. Однако план этот с самого начала не имел больших шансов на успех: здесь только орудий насчитывалось 539 единиц плюс гарнизон 5871 человек.
В регионе формировались отряды бунтовщиков под началом отставного поручика Антона Рыка и помещика Зигмунда Буйницкого. После того как в феврале отряд Рыка был разгромлен, была обнаружена подпольная типография мятежников. Трех ее хозяев арестовали, и военный суд в Динабурге приговорил их к каторге.
Восстание под Динабургом по воле случая началось тремя днями раньше запланированного срока - благодаря жившему здесь двадцатисемилетнему графу Леону Плятеру.
Он родился в 1836 году в Комбульской усадьбе в семье графа Йозефа Броэль-Плятера и Антонины из рода Солтанов. Отец Леона был известен как рачительный хозяин, человек широких взглядов, писавший очерки для журнала Rubon. В свое время за пособничество родственникам в мятеже 1831 года его с семьей сослали в Смоленск - где и прошло детство Леона. Позже жил в Риге под присмотром старшего брата Аугуста, служившего у генерал-губернатора, учился в местной гимназии. Доучивался Леон в Митаве (Елгаве), а потом переехал в фольварк (помещичье хозяйство) Казанова, полученное в наследство.
По воспоминаниям современников, Леон был веселым человеком, пользовавшимся расположением знакомых. Не чуждался физической работы и даже соорудил у себя в поместье токарную и столярную мастерские, любил поохотиться…
Узнав о начале польского мятежа, сначала хотел ехать в Литву и присоединиться к восставшим. Однако 11 апреля 1863 года к нему из Дагды приехал Буйницкий, предложивший напасть на обоз с оружием и переправить мятежникам. Сначала следовало перевезти оружие в Вишки, где в имении помещика Станислава Моля должны были ждать лошади для дальнейшей транспортировки. Леон согласился с планом.
Идёт война народная…
13 апреля в шести километрах местечка Креславка (нынешняя Краслава) Леон с пятью подручными напал на обоз, превратившись из верноподданного в мятежника.
История сохранила имена сообщников: слуга Заблоцкий, кучер Ян Банса, староста Цитович, шляхтич Ниецецкий и некто Антоний. Атаковав солдат-охранников, бунтовщики убили троих и завладели грузом - 398 ружьями, 9 пистолетами и 22 тесаками. Уцелевшие добрались до Креславки, где оповестили власти о нападении.
Бунтовщики прихватили с собой 250 ружей - что не смогли взять, закопали в лесу. Повозки сожгли. Затем отряд Плятера направился в Вишки.
Мятежников преследовала команда Гренадерской парковой артбригады из Креславки, которая, следуя рассказам окрестных крестьян, в имении Скайсти обнаружила часть похищенного оружия. Были арестованы пять человек - в том числе помещик Глушанин и его сын, которых доставили сначала в Креславку, а затем в Динабургскую крепость.
Крестьяне оказали помощь властям. Нищие поселяне испытывали ненависть к своим господам, на которых гнули спину несколько веков, не слыша в свой адрес ничего, кроме «быдло» да «пся крев». Власть российского императора казалась лучше дикого самовластия магнатов.
Власть прекрасно понимала массовые настроения - был опубликован официальный призыв о помощи в борьбе с повстанцами. Большая группа вооруженных чем попало крестьян напала на людей Плятера. Но безуспешно - восемь из них получили тяжелые ранения, а граф Леон доставил оружие в Вишки.
Многие живописные подробности тех дней дошли до нас благодаря кропотливой работе уже покойного даугавпилсского краеведа Залмана Якуба.
Утром 14 апреля толпа крестьян ворвалась в имение того самого Станислава Моля. Имение спалили, господ и прислугу отправили связанными в Динабургскую крепость.
Другая группа напала на поместье старого Казимира Плятера. Старик лежал в постели; от него потребовали денег. Кто-то ударил его топором по плечу. Под полом обнаружили огромную сумму. Имение сожгли. Подоспевшие казаки с урядником оказались не в силах призвать к порядку толпу. Все, что им оставалось, - отвезли Казимира Плятера в Краславу, где он вскоре и скончался.
В тот же день крестьяне разграбили имения панов Урбана Бениславского в Дубне и Казимира Буйницкого в Дагде.
Днем позже в Вишках появился Леон Плятер с подручными. Однако на его отряд снова навалились вооруженные дрекольем крестьяне - и на этот раз не отступили.
Услышав о захвате Плятера, друзья и сообщники графа пустились в бега. Буйницкий сбежал за границу, а Иоахима Понсета выловили, приговорили к смерти, заменив потом казнь каторгой. Оказались арестованы и братья Леона - Евгений и Михаил Плятеры.
Встретил смерть с достоинством
Крестьяне громили панские поместья по всему краю до конца апреля, превратив в руины около тридцати имений. В одном лишь Динабургском уезде они сдали властям более полутораста бунтовщиков. Под конец апреля в связи с введением в уезде военного положения были организованы особые сельские военные караулы, крестьянам разрешили создать милицию.
Но в итоге государству пришлось приложить немало усилий, чтобы утихомирить тех крестьян, что не желали складывать оружие по доброй воле. Выдающуюся роль в усмирении волнений сыграл Павел Федорович Дубровин, позже вошедший в историю как самый знаменитый градоначальник Динабурга, обеспечивший своей деятельностью расцвет уездного города.
Для наведения порядка при комендатуре крепости был учрежден военно-полевой суд, а численность гарнизона довели до 9905 человек.
…Из рассказов брата Евгения следует, что, находясь под арестом в крепости, Леон Плятер вел себя сдержанно и степенно. Чтобы спасти братьев, взял всю вину за организацию нападений на себя. Суд приговорил графа к расстрелу. Знатного преступника не смогли спасти ни обширные связи, ни влиятельная родня. Его братья отделались двадцатинедельным тюремным заключением с последующим надзором.
Имущество и владения Леона Плятера конфисковали, за причиненный ущерб родных обязали выплатить контрибуцию в двойном размере. Викарий Ян Болцевич, ранее принявший в Краславском костеле клятву верности отечеству у Леона и его друзей, получило20 лет заключения. Четверо бунтовщиков из отряда Леона были приговорены к четырем годам каторжных работ.
Приговор в отношении Плятера был утвержден генерал-губернатором - знаменитым Михаилом Муравьевым-Виленским. К осужденному пришел священник Болеслав Александрович, который провел с Леоном его последнюю ночь в камере. Со своими близкими граф простился, послав им почтовую открытку.
В 11 часов утра 27 мая 1863 года Леон был расстрелян (по некоторым данным - повешен) на песках вблизи железнодорожного полотна Рига - Динабург. На казни присутствовали офицеры крепости. Неподалеку графа и закопали, однако ночью его перезахоронили, где - неизвестно.
На католическом кладбище близ Даугавпилса с 1923 года имеется символическая могила: черная гранитная плита с надписью «Графу Леону Броэль-Плятеру - организатору польского восстания». Ему посвящал стихи Янис Райнис. В 2013 году президент Польши Бронислав Коморовский открыл в крепости памятную доску.
Владимир ВЕРЕТЕННИКОВ.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
