2018-1-7 12:00 |
Его нередко можно увидеть на различных мероприятиях и встречах — он перебирает пальцами по струнам гитары, создавая неповторимую атмосферу в зале, и делает это ненавязчиво, незаметно, но так, чтобы его музыка достигала уха и души каждого из присутствующих, — пишет газета «СЕГОДНЯ НЕДЕЛЯ» Многие его знают как преподавателя игры на гитаре со своим особенным подходом к обучению.
Кто-то встречался с ним в рамках разных благотворительных проектов. И мало кто знает, что за плечами этого человека американский факультет журналистики и что преподавателем он стал случайно, а одна из лучших его работ была… в пиццерии. Игорь Самовский рассказал нам о неожиданных поворотах в своей судьбе.
С гитарой по жизни
- Родился в Риге, в интеллигентной семье. В школе учился средне - был неусидчивым. Меня посылали на все олимпиады, и я занимал хорошие места, но там, где надо было заниматься изо дня в день, у меня всегда были в среднем четверки, иногда пятерки, по пятибалльной системе. Школа была английская, рижская 40-я, и она уже тогда считалась престижной, но одновременно она была и районной. То есть туда поступали дети двух видов, если так можно сказать: те, кого родители считали одаренными, и те, кто жил на районе. Был в когорте одаренных, но общение с обыкновенные хулиганами придавало пребыванию в школе особый шарм. Мы курили на четвертом этаже в туалете, который назывался «Три кокоса». Кокосы - потому что там были унитазы, бачки которых стояли на высоких трубах.
В школе была своя рок-группа, называлась «Скарабеи». Скарабей - это жук, а жук - это beatle, несложно догадаться, в честь кого название. А потом уже в этой же школе и сам играл в рок-группе. Группы тогда образовывались по простому принципу - на клавишах всегда был мальчик с музыкальным образованием. Гитаре в то время академически не обучали. Соло-гитару давали тому, кто хорошо играл. Кто играл похуже, брал себе ритм-гитару. Тот, кто играл хуже всех, тому доставалась бас-гитара, потому что там на две струны меньше. Ну а кто вообще не умел ни на чем играть, садился за барабаны. Но в нашей группе было немного иначе - у нас на барабанах играл Глеб Пантелеев, который впоследствии стал известным скульптором.
Играть на гитаре я научился сам где-то лет в 12-13. Не знаю, где я нахватался всего того, что сейчас знаю. У меня была книга «Элементарная теория музыки» какого-то там 52-го года издания. Там, например, отмечалась роль Сталина в музыкальном развитии общества. У нас в туалете была книжная полка, и хранилась книга там, так что пару раз в день, пардон, у меня была возможность ее почитать, и помню, я прочитал предисловие. Когда начались ноты, я дальше не двинулся. До сих пор нот не знаю.
Привет, Америка
- После школы занимался музыкой, играл в группе «Спецбригада», которая была на самом деле крута, что понял намного позже, и вошла в несколько рок-энциклопедий советского рока. Параллельно какими-то урывками учился, хотя тогда недооценивал важность учебы, потому что в Советском Союзе не пойти учиться было своего рода диагнозом и приговором. Ты должен был идти и учиться. А когда ты должен, ты этого не ценишь.
В 27 лет поехал в Америку администратором с артистами. Месяца через три стало ясно, что везти иностранный шоу-бизнес в Штаты глупо - там своих хватает. Многие вернулись на родину, но несколько человек решили остаться. Среди них был и я… Так повезло, что по соседству с маленьким городишком, где я жил, находился город Коламбия с университетом на 22 000 студентов, и там был факультет журналистики, считавшийся лучшим в мире. У американцев так и есть - если что-то лучшее в Америке, они говорят - лучшее в мире, потому что в мире, кроме Америки, для американцев ничего нет. Поступил на этот факультет и окончил его с отличием.
Параллельно получил еще бакалавра науки и искусства в области русских исследований. Там кинематограф, архитектура, искусство, литература, сравнительный анализ цивилизаций. Странно, конечно, изучать Россию в Америке, но оказалось, что это очень полезно, потому что можно посмотреть с другого ракурса. Случались смешные моменты. Наш преподаватель был из Москвы. Однажды он рассказывал про российский уклад жизни, и один американец спросил: «Дэн, празднуете ли вы в России Хеллоуин?» И Дэн ответил: «Нет, потому что в России каждый день похож на Хеллоуин».
Особенности студенчества по-американски
- Студенческая учеба в Америке, на мой взгляд, одна из лучших в мире. Когда в Штатах ребенку исполняется 16 лет, родители ставят его лицом к двери и говорят: «Все, дорогой, учебу мы тебе оплатили, вали учиться. Надо будет - мы тебя позовем, на каникулы приезжай».
Учиться в своем городе - это редкое исключение, а вообще ты должен уехать даже не в другой город, а в другой штат, чтобы полностью оторваться от семьи.
Вузовская учеба состоит из четырех частей: учеба, веселуха, спорт и работа. Ничто из этих четырех составляющих выпадать не может. Ты учишься, веселишься, причем студенческий отрыв в Штатах - это что-то. Эти 20 000 человек на выходные рвутся в город и фестивалят там по полной.
В Штатах университеты сделаны как городки - кампусы. Там есть домики, где студенты снимают комнаты. На территории находятся лаборатории, спортзал, классы, библиотека. Все это всегда открыто. Есть огромный супермаркет с кучей всяких кофеюх и магазинов. И открытый стадион. Когда Rolling Stones думали, где выступать - в Сент-Луисе или в Канзас-Сити, они выбрали Коламбию, которая находится посередине между этими городами, и сделали на нашем стадионе концерт на 50 000 человек.
Учат в Америке очень странно. Считается, что на бакалавра учиться легко, на магистра - сложно. Это классическая американская система. Я не знаю, что нужно сделать, чтобы не получить бакалавра. Поэтому и получил их две штуки. На бакалавра учатся четыре года. Тебе надо набрать определенное количество кредитных часов. Какие-то из них могут быть очень общие: боулинг, теннис, плавание, керамика. Взял керамику: античный сосуд, чайник и свободная форма. Эти три работы надо было сделать за семестр. Да, сейчас могу слепить какой-нибудь горшок.
Лучшая работа
- В Америке какое-то время работал развозчиком пиццы. Это лучшая работа, которая у меня была. Твоя задача - набрать несколько адресов на одном маршруте. Если ты будешь ездить из-за одной пиццы туда-назад, то просто без толку сожжешь бензин. Поэтому берешь несколько пицц, которые можешь последовательно доставить. Ты едешь себе, смотришь дома, общаешься с людьми, тебе дают чаевые. Через неделю у меня появилась аллергия на музыку, потому что по 4 часа проводил в машине. Какой бы хорошей ни была музыка, этого хватило, чтобы устать от нее. Начал слушать разговорные шоу-передачи на полтора часа о винах юга Франции или особенностях риса какой-то китайской провинции.
Районы в городе были разные - средние, бедные и дорогие. Пицца стоила 8 долларов, в средних районах всегда давали 1-2 доллара на чай. В дорогих чаевые были редкостью. Особняк за сотни тысяч долларов и при этом: «Спасибо, хорошего дня!» Никаких чаевых, за редкими исключениями. В бедных районах всегда выскребали мелочь на чай. За смену накапливалось столько чаевых, что я жил только с них, а зарплата приходила в банк и там лежала.
У меня была маленькая машинка - Ford Festiva. Сверху на ней была светящаяся реклама Papa John's Pizza. Носил красный джемпер и такого же цвета кепку с лого заведения и прикупил яркий фонарь, чтобы высвечивать номера домов. Такие же были у полиции - они тоже ночью высвечивают дома, только не пиццу доставляют, а другие услуги. И однажды вечером доставил пиццу какой-то женщине из бедного района. Когда вернулся, ко мне выбежал менеджер, которому позвонил недовольный сосед этой клиентки и пожаловался на меня. Оказалось, чувак сидел у себя дома с мешком анаши - в Америке все курят траву. Он пытался забить косяк, и тут по комнате начал гулять луч фонаря. Мужик решил, что это полиция, сбросил всю траву в унитаз и спустил воду. После этого выглянул в окно и увидел меня на моей машинке, высвечивающего фонарем адреса. И вот что значит демократия в действии - он позвонил по телефону, указанному на рекламе, и нажаловался, что по вине работника вынужден был спустить в унитаз анашу. Только потом понял, почему менеджер так проникся - потому что он сам курил траву.
Два мира, две журналистики
- После окончания учебы все-таки вернулся в Латвию. В Америке иностранец всегда будет человеком второго сорта, даже не второго, а полуторного. Ты можешь покупать все что хочешь, можешь жить где хочешь, можешь зарабатывать приличные деньги, но все равно тебя не будут принимать за своего. И вторая причина, по которой решил вернуться, - это выбор, который встает перед каждым: или ты хочешь жить хуже, но интереснее у себя на родине, или едешь в страну, где жить лучше, серее, и эта страна станет для тебя вторым домом, но все равно не первым. Я выбрал вернуться.
После возвращения поработал немного в журналистике - ровно столько, чтобы понять, что местная журналистика вообще не мое. Здесь нет школы, здесь нет того, как надо, а есть, как каждый считает, как надо. В Штатах журналистике учат совсем иначе. Там новости - это высшая задача, и там идет полная нейтральность в освещении, абсолютное выключение журналиста из новостного аспекта - ты просто профессионал, который должен выложить все детали. Журналист не является частью новостей. Кто, что, где, когда - остальное неважно.
У нас новости больше такого редакторского плана - все говорят, что они думают по этому поводу. В университете за это ставили минусовые оценки. До своего мнения надо дорасти - чтобы у тебя была своя аудитория, опыт. Тогда ты там можешь поливать как хочешь, но это другое, это уже не совсем журналистика. Поэтому я ушел в копирайтерство, в рекламные статьи. Реклама в этом плане интересна, потому что она честнее - там нужно просто продать. Такие правила игры мне нравятся больше, чем это вихляние в журналистике, где ты вроде бы знаешь, как надо, но ты этого не делаешь. Реклама может быть интересной, потому что есть слоганистика, слоганы надо писать так, чтобы ты прочитал их или какой-то текстик и захотел пойти, купить. Там есть простор для творчества, там есть рынок. Реклама в Латвии будет всегда, потому что люди всегда будут покупать и кто-то будет продавать. Поэтому работы хватает. С 2000 года на моей памяти в Латвии перестало существовать всего два больших рекламных агентства, и то они сами сделали все, чтобы их закрыли. Рекламщикам у нас живется неплохо.
Но об уходе из журналистики сожалею и, что хуже, ревную, потому что знаю, как надо, и вижу все косяки, а учить и советовать, когда тебя не спрашивают, - это большая ошибка. С другой стороны, если все-таки не пошел в журналистику, значит, есть такие причины, которые не делают меня подходящим работником для этой сферы.
Тонкости обучения игре на гитаре
- У меня есть гитарная школа, но на самом деле я начал учить случайно. Очень сильно комплексовал, комплексую и буду комплексовать по поводу отсутствия у меня академического музыкального образования. Из-за этого я не считал себя вправе кого-то учить. Одна моя знакомая организовала центр обучения, где были курсы игры на гитаре. Она меня где-то полгода уговаривала преподавать там, я долго отказывался, но потом согласился. Когда этот центр закрылся, народ попросил продолжать занятия - так и пошло. Сейчас понял, что учить все-таки можно. Делаю это только ради удовольствия. Сначала я болезненно воспринимал, если кто-то переставал ходить. Сейчас не отношусь к этому как к личному поражению, даже могу порекомендовать кому-то не водить детей. Кто-то ходит на гитару и получает от нее удовольствие не потому, что ему нравится музыка, а потому что это повод выбраться из семьи, нравится непохожесть обучения, компания людей.
Одна моя ученица как-то неуверенно ответила на мой вопрос по музыке, я спросил, почему так несмело. Она сказала: «Я боялась ответить неправильно». А что значит - ответить неправильно? Мы через ошибки учимся. Она рассказала, что их в школе сильно ругают за неверные ответы по физике, химии и… литературе. Это меня задело, потому что по физике и химии неправильный ответ может быть. Но неправильный ответ в литературе - это как? Знаю людей с учеными степенями, которые могут часа два рассказывать о том вреде, который Пушкин нанес русской литературе. Они могут часами говорить о занудстве Толстого, о бессмысленности «Черного квадрата», о неприятности современной музыки для уха. Где неправильный ответ?
И если ребенка отдают на гитару, как на дзюдо или на плавание, тогда лучше не надо. Мне очень нравится, когда молодые ребята годами упрашивают родителей, чтобы их отдали на гитару. Вот после года-двух таких упрашиваний они классные. Они сидят, занимаются и получают удовольствие - это их. Начинать заниматься на гитаре вообще чем позже - тем лучше. До 12 лет особого смысла нет. Начинать надо, когда появляются кумиры. Когда мои ученики могут сыграть элементарный кусок из Nirvana, а у них дома висит плакат Кобейна, они понимают, зачем занимаются, а понимание дает силы продолжать.
Творчество и насилие
- В Америке музыкой не занимался, потому что у них хватает своих музыкантов. У них музыка в крови. В то время как большей части Европы и Латвии музыку надо изучать, американцам этого делать не надо. У них папа ходил в одну школу с Элвисом Пресли, дома валяются две гитары Fender, которые 30 лет никто не открывал, и они стоят сейчас десятки тысяч долларов, но об этом никто даже не думает, а двоюродная сестра твоей подружки - Сюзанна Вега. Поэтому поигрывал, но серьезно музыкой не занимался. Купил себе электрогитару, но это была дань молодости, когда мечтал о такой.
Когда вернулся в Ригу, почувствовал, что надо играть. Но больше отвечаю на просьбы играть, чем сам куда-то предлагаюсь. Да и потом, начинаешь понимать роль творчества. Считаю, творчество - это самое главное в жизни. Искусство - это результат, творчество - процесс. Что бы ты ни делал - ты можешь делать это или творчески, или с ненавистью. Посередине ничего нет, потому что если ты делаешь просто за деньги, это все равно с ненавистью, с нелюбовью. Если в твоей жизни много творчества, значит, ты живешь лучше, чем тот, кто живет не творчески. Ты, например, отсидел 8 часов за деньги, потом пошел скамеечку покрасил, или по лесу погулял, или собаку подрессировал. Вот эта вторая деятельность - это все творчество, потому что для души. Возникает вопрос, что же делать с первой частью? Эта часть определяет степень несчастности каждого из нас и мира в целом, потому что говорят, что этот мир прекрасен и печален. Вот эти два слова - прекрасен и печален - как раз определяют баланс.
Прекрасен - это творчество, печален - это то, что ты делаешь под насилием. Мы живем в мире, где насилие - это норма. Налоги - это насилие, потому что они используются неправильно. Коррупция - это насилие. Война - это насилие. Границы - это насилие. Бюрократия - это насилие. Человек очень быстро привыкает и к хорошему, и к плохому. Мы не отдаем себе отчета, насколько много насилия в современном обществе.
А творчество и насилие - это вообще отдельная тема. С одной стороны, творчество, конечно, в эпоху насилия расцветает. Но для общества в целом насилие убивает творчество, потому что если бы ты, например, платил меньший налог, у тебя было бы больше времени, чтобы путешествовать, ходить в кино, потреблять продукты творчества. Тебе не обязательно самому отсекать какие-то куски от камня, чтобы получилась скульптура. Ты смотришь на произведение искусства, и ты уже в творчестве.
Марина РАБАЗОВА.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
