2017-7-17 17:18 |
Керенский метался между ставкой и Петроградом, а Ленин играл в шашки1917 год в России - это череда революций. Две из них хорошо известны. Февральская привела к свержению монархии. Октябрьская - к утверждению власти большевиков.
А между ними 3-5 (16-18) июля 1917 года в Петрограде произошли события, которые иначе как еще одной революцией не назовешь. Только об этой революции вспоминают гораздо меньше, а оценки ее весьма противоречивы.
Совет да любовь к… Временному правительству
Бомба замедленного действия была заложена еще в февральские дни. После отречения Николая II к власти пришло Временное правительство. А одновременно с кабинетом министров в Петрограде появился еще один центр силы - Совет рабочих и солдатских депутатов. Он возник сам по себе. За день до падения монархии царь своим указом разогнал Госдуму. Но парламентарии не стали расходиться, а создали Петросовет.
Совет в целом был лоялен к Временному правительству. Но по примеру «большого» совета такие же органы власти начали плодиться всюду. Они возникли в воинских частях, на фабриках и заводах. И в их основу легло принятое в первые дни февральских событий постановление о том, что советы, как оплот демократии в России, стоят выше любых директоров и командиров.
И тут началась настоящая чехарда. Рабочие заявляли, что берут управление предприятиями в свои руки. Солдаты на фронте отказывались подчиняться командирам.
Между тем после революции положение в стране не улучшилось. Напротив, страна стремительно катилась в пропасть.
С 3 по 24 июня (16 июня - 7 июля) прошел Первый Всероссийский съезд рабочих и солдатских депутатов. Он должен был выработать стратегию дальнейших действий. Но председатель Петросовета Ираклий Церетели считал, что необходимо всесторонне поддерживать Временное правительство, поскольку в России нет ни одной партии, способной взять на себя ответственность за судьбы страны.
И тут Ленин сказал свою знаменитую фразу: «Есть такая партия!». Он подразумевал большевиков. Тогда его попросту освистали. Большевиков как политическую силу никто еще всерьез не воспринимал.
На съезде вместо Петросовета был сформирован Всероссийский центральный исполнительный комитет, что-то наподобие нового парламента. В него вошли 123 меньшевика, 119 эсеров, 58 большевиков, 13 «объединенных социал-демократов» и 7 «прочих». ВЦИК в целом поддерживал Временное правительство.
Для кого война мать родна…
Временному правительству для укрепления авторитета нужны были зримые победы. В условиях войны это наступление на фронте. Русская армия уже с весны готовила мощный рывок. Но из-за неблагонадежности частей, а также все растущего в обществе негативного отношения к войне наступление откладывалось.
Сегодня уже мало кто помнит, что Временное правительство тогда возглавлял князь Георгий Львов. А вот что в состав кабинета входил Александр Керенский, знают все. Сначала он был министром юстиции, но вскоре стал военным и морским министром. А в условиях мировой войны это уже ключевые должности.
16 (29) июня Керенский лично отправился в Ставку. «Петроградская газета» писала: «16 июня, когда по всему фронту шел гул тысячи орудий, подготовлявших наступление пехоты, министр объезжал полки, готовые принять участие в штурме позиций противника. Всюду министр встречал единодушный порыв и желание исполнить долг перед революцией. Только два полка гвардейского корпуса встретили министра со знаменами «Да здравствует интернационал!». Пойдут ли эти два полка в наступление, сказать трудно…».
18 июня (1 июля) наступление началось. Керенский рапортовал Львову: «Сегодня великое торжество революции. Русская революционная армия с огромным воодушевлением перешла в наступление и доказала России и всему миру свою беззаветную преданность революции и любовь к свободе и родине».
«Поворот к счастью» - с таким заголовком вышла одна из газет, подразумевая, что военные успехи армии решат наконец все проблемы страны. Но не тут-то было. Через несколько дней наступление с треском провалилось. Стало очевидным, что правительство предприняло очередную необоснованную авантюру. И хотя «патриотически настроенные» газеты писали о «временных трудностях», просачивались и комментарии, подтверждающие полный разброд и шатание в армии.
На Рижском фронте командующий Радко-Дмитриев, борясь с пьянством, категорически запретил ввоз в район армии даже одеколона и других косметических спиртосодержащих жидкостей.
Другое известие из-под Риги: «Жертвой преступной беспечности тыла, а именно вследствие лопнувшего изношенного троса на аэродроме истребительного отряда летчик прапорщик Махлан при подъеме для атаки германского аэроплана упал и разбился насмерть».
А вот сообщение от Всероссийского комитета по организации добровольческой армии: «Получив задачу прорвать две линии окопов, ревельский батальон смерти прорвал четыре линии. Желая закрепить захваченное, батальон попросил поддержки. Но вместо поддержки батальон был обстрелян своими же. Под двойным огнем герои начали отходить на первоначальные позиции. Три офицера - подпоручик Симаков, мичман Орлов, мичман Зубов, не желая отступать, застрелились. Командир батальона шт. кап. Егоров скончался от ран».
Итог кампании - «отход на прошлогодние зимние позиции». Но тут же газеты как заклинание повторяют: «Наше наступление на Западном фронте имело громадное значение».
Солдаты не хотят воевать
Россия разделилась на два лагеря. Большая часть граждан хотела скорейшего завершения войны. Временное правительство и небольшое число ура-патриотов - ее продолжения до победного конца. В начале наступления 18 июня (1 июля) ВЦИК организовал на Марсовом поле массовую демонстрацию в поддержку наступления армии. На нее собрались сотни тысяч человек. Но вместо восторгов люди пришли с лозунгами «Долой десять министров-капиталистов!», «Пора кончать войну!», «Вся власть Советам!».
Присоединившаяся к манифестации группа анархистов совершила налет на тюрьму «Кресты», чтобы освободить своих соратников. Ситуацией воспользовались уголовники, под шумок побег совершили около 400 человек, обострив и без того криминогенную обстановку в городе.
В ответ на выходку анархистов власти 19 июня (2 июля) разгромили их штаб на так называемой даче Дурново. Что вызвало огромный резонанс и недовольство в городе.
Антиправительственные демонстрации сменяли одна другую. В них все чаще принимали участие солдаты расквартированных в Петрограде частей. Многие из них уже получили приказ отправиться на фронт. Но опять же пока сработало вето солдатских советов. На поддержку манифестантов из Кронштадта прибыли матросы.
Обстановка накалялась. Несмотря на то что «Известия Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов» призывали выходить на акции протеста без оружия. На улицы 3-4 (16-17) июля выплеснулось 400-500 тысяч человек, из них 40-60 тысяч - вооруженные солдаты и матросы.
Чтобы обеспечить порядок, в столицу были введены верные Временному правительству войска и казаки. Первые выстрелы прогремели в ночь на 4 (17) июля.
Выстрелы на Невском
«Около трех часов дня на Невском появилась вооруженная демонстрация. Демонстрация дошла до угла Садовой улицы. В этом время неизвестно с какой стороны раздались выстрелы. Немедленно начались ожесточенные канонады из пулеметов и ружей. Результат - раненые и убитые», - пишут «Известия».
Этот момент запечатлел из окна своего ателье представитель знаменитой династии фотографов Виктор Булла. 3 и 4 июля выстрелы по демонстрантам раздавались в разных частях центра Петрограда. Стрельба сеяла панику и ужас. Массовые выступления сопровождались мародерством и налетами на частные квартиры. Были разграблены магазины Гостиного и Апраксина дворов, Невского проспекта и Садовой улицы.
Но главные события произошли у Таврического дворца, где заседал ВЦИК. Именно сюда пришли колоны, которые вели большевики. Их цель была попытаться, чтобы ВЦИК отстранил Временное правительство и взял власть в свои руки. Переговоры возглавил Сталин - отчасти потому, что он в ту пору считался умеренным и наиболее взвешенным политиком. А также потому, что он был грузином, как и председатель ВЦИКа Чхеидзе, что могло быть полезным в диалоге.
Кто знает, чем все завершилось бы? Но лидеры большевиков потеряли контроль за огромной толпой. Снова диссонанс внесли анархисты. Они жаждали поквитаться с министром юстиции Павлом Переверзевым за разгром дачи Дурново. Но перепутали с ним министра земледелия Виктора Чернова. Бедолагу захватили в плен, как говорили очевидцы, «изрядно помяли». Троцкому с трудом удалось освободить главу ведомства.
Но осада Таврического и пленение министра послужило сигналом для проправительственных войск действовать. В ходе стычек казаков с солдатами и матросами оказались погибшие с обеих сторон. В ход пошла артиллерия. Несколько выстрелов из пушек навели порядок. К вечеру 4 июля верные Временному правительству войска установили контроль над центром. Общее число убитых и раненных за 3 и 4 июля достигло 400 человек.
Ангелы и демоны
Впрочем, суть июльской революции не в масштабе выступлений и количестве жертв. Суть в изменившейся ситуации в стране. Вернувшегося 6 июля в столицу Керенского напуганные обыватели встречали как спасителя. За несколько дней все переменилось. Многие свободы и либеральные реформы были отменены. Введена цензура. В знак протеста в отставку подал председатель правительства Львов. Причины своего ухода он объяснил в «Петроградской газете». То ли в издевку, то ли по недоразумению фамилия князя в заголовке была напечатана вот так: «ЛРВОВ».
Ясно, кто стал новым председателем. Один из журналистов, захлебываясь от восторга, писал: «Ближайшее будущее, если не свершится «чуда», вероятно, приведет к тому, что спасать Россию, по необходимости придется не горстке министров, часто несогласных между собою, а одному. И тогда имя этого диктатора, в которого Россия уже теперь верит как в чудотворца, будет «Керенский».
Забыты поражения на фронте, забыты хвосты за хлебом, недостаток топлива и другие невзгоды. Назначен ангел-спаситель. А демоны-то кто? Ясное дело, большевики.
Сто лет прошло, а до сих пор точно неизвестно, кто стрелял с крыш, по чьей указке? Одни историки утверждают, что это были правительственные войска, желавшие спровоцировать беспорядки, чтобы применить силу. Другие уверены, что это были большевики, желавшие еще больше возбудить толпу. Теперь это неважно. История в 1917 году развивалась по всем законам жанра. Определились два явных лидера, теперь началась дуэль между ними.
Владимир и Александр
36-летний Керенский стал безоговорочным лидером нового времени. «Первая любовь революции», «гений русской свободы» - так его называли газеты. Он с первых дней Февраля постоянно на виду - на митингах, собраниях, на фронте. Он выступал по всякому поводу, не боялся брать на себя ответственность. На публике неизменно появлялся во френче военного образца, хотя никогда не служил в армии. Результатов большинства его обещаний история так и не увидела. А вот восторг, особенно барышень, который вызывало появление министра-кумира запечатлен в веках во многих романах. Например, в «Хождении по мукам» А. Толстого.
Современники Керенского отмечают, что он был красноречив и всегда четко формулировал свои мысли. Умение говорить и убеждать, по сути, и сделали этого политика. Перед смертью он с грустью заметил: «Если бы тогда было телевидение, никто бы меня не смог победить!»
Любопытные параллели есть в судьбах Керенского и Ленина. Оба родились в Симбирске, только Ульянов на 11 лет старше. Отец Керенского был подчиненным директора симбирских училищ Ильи Ульянова. А среди учеников Керенского-старшего значился Владимир Ульянов, которому он, кстати, поставил четверку по логике, единственную среди всех «отлично» в аттестате.
Керенский был очень амбициозен. После июльских событий правительство переехало в Зимний дворец. Керенский занял покои императрицы Александры Федоровны. Утверждали, что он спит на ее кровати. За глаза его начали называть «Александра Федоровна». Возможно, это и породило легенду, что в октябрьский дни Керенский бежал из Зимнего в женском платье. Эта байка, кстати, очень его оскорбляла. Перед смертью, когда Керенскому было под 90 лет, он дал интервью советскому журналисту Генриху Боровику: «Слушайте, ну есть же умные люди в вашей Москве. Ну скажите им: не бежал я из Зимнего в женском платье. Ну не бежал! Я уехал в своей машине, в своей одежде. Мне отдавали честь и часовые Временного правительства, и даже ваши большевики!»
В отличие от карьериста Керенского, который по кирпичикам строил свою карьеру, Ленин был совсем иным человеком. Вся его биография будто нарочно строилась по принципу “создайте мне революционную ситуацию, а я обращу ее в свою пользу”.
Ленин постоянно опаздывал. Первая русская революция застала его в эмиграции, он нелегально возвратился в Россию и возглавил большевиков. Февраль 1917-го стал для вождя полной неожиданностью. Еще в январе он в беседе с молодыми социал-демократами в Швейцарии заявил, что, дескать, мы, старики, до грядущей революции уже не доживем, а у вас шанс есть.
Шанс представился и самому Владимиру Ильичу. До России путь был долгим и непростым. Пришлось добираться через воюющую с Россией Германию. Немецкие власти согласились пропустить русских эмигрантов только при условии, что они поедут в опломбированном вагоне. До Петрограда Ленин добрался в апреле, когда все чины и портфели были розданы.
Многие эмигранты старались пристроиться в новой власти. Например, приехавший раньше Ленина Плеханов рвался в Петросовет, но не взяли… А Ленину это и не было нужно. Он был вождем. Только ступив на русскую землю, он заявил, что сделает все, чтобы «буржуазная революция переросла в социалистическую». В эйфории свобод и побед эти слова посчитали бредом. Но Ленин сделал ставку на «малые» рабочие и солдатские советы. И, как показала история, не прогадал.
Судя по всему, и к июльским событиям Ленин подключился в последний момент. Поэтому мало вероятно, что стрельба с крыш, захват Чернова - тонкий расчет.
Вообще-то с конца июня он отдыхал на даче Михаила Бонч-Бруевича в Финляндии, за 80 км от Петрограда. И о событиях узнал, когда играл в шашки с Демьяном Бедным. Тогда он и отправился в Петроград.
Разгром для большевиков был весьма болезненным. Огромную работу пришлось начинать заново. Власти припомнили возвращение Ленина в опломбированном вагоне через Германию. Большевиков обвинили в том, что они немецкие шпионы и специально присланы, чтобы погубить выстраданную русскую революцию. Тут все сходилось: и антивоенные выступления, и провалы на фронте, и голод, и общая разруха в стране.
Ленин, как и многие его соратники, ушел в подполье. Газеты гадали: куда он делся? «Петроградская газета» заявила о том, что очевидцы видели, как отплыл в Кронштадт. «Газета-копейка» утверждала, что Ленин в Стокгольме, а «Биржевые ведомости» - в Германии.
Между тем Ленин, прожив несколько дней на квартире Сталина, почти в самом центре Петрограда, отправился в Финляндию. Там он сменил несколько адресов: сначала поселок Разлив, потом хутор Ялкала, наконец, поселился в Хельсинки. В Петроград он вернулся в октябре 1917 года. И буквально через считаные дни стал новым главой России.
И тут, не испытывая особой симпатии ни к кому из лидеров 1917 года, зададимся вопросом. Пощадил бы Керенский Ленина, если бы поймал его? А Ленин Керенского?
Анатолий АГРАФЕНИН
(Санкт-Петербург),
писатель,
специально для газеты «СЕГОДНЯ».
Фотографии — из коллекции Фонда имени К. Буллы (Санкт-Петербург).
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
