Вовочка надевает резиновые сапоги. Мама: «Вовочка, на улице сухо, грязи нет!»- «Мам, да я найду!. . » Утро. Выходной. В интернете появляется видеозапись выступления депутата сейма от нацобъединения Яниса Домбравы перед голосованием сейма по поправкам к законам об образовании, предусматривающим перевод обучения в школах национальных меньшинств на латышский язык.

Что-то про «оккупационную власть», которая «уничтожила независимую Латвию» и «в которую переселились чужие сапоги». Какие еще сапоги? Куда переселились? И вообще - хоккей по телевизору!

О вреде насильственной ассимиляции сегодня только ленивый не высказался. А тут в телевизоре последний день Олимпиады в Южной Корее. Хоккей. «Красная машина» Олега Знарка мнет немецкий строй… гол!!! Стены дрожат, дом гудит, кот орет за батареей, сосед-латыш гоняет попавшего под руку беспартийного кота, теща крестится…

Взгляд падает на ноутбук, а там без изменений: «навязали русский язык и подтвердили отсутствие своей культуры и человечности…» Блин, кто навязал-то? Какие сапоги?!. . И как-то через хоккей стал я очередную новость о «чужих сапогах» и «уничтожении независимости Латвии» осмысливать.

Вспомнил. Буквально на днях Райвис Дзинтарс, главарь сейма по борьбе с «русским следом», он же шеф Домбравы, предостерег соплеменников: «Латвийский народ должен быть как дерево с глубокими корнями, а не бревном без прошлого и будущего».

Посетовал, что «в советское время был маленьким», но помнит, как им с бабушкой «часами приходилось стоять в очереди за продуктами, так как в любой момент они могли закончиться, потому как часто отдавалось предпочтение коммунистам, которые размахивали своим билетом». Да, в шесть лет он не был политологом, но довольно хорошо понимал, что латыши не являются хозяевами на своей земле, а латышский язык называли «собачьим языком».

Я тогда отметил: типичный латвийский политик. В те времена коммунист, размахивающий своим партбилетом, лишился бы его на следующий день. Про «собачий язык» вообще бред, если только сам маленький Дзинтарс в детстве не шепелявил. Ни один латыш из моих друзей мне в жизни на свое детство не жаловался. Ни один! И колбасу (настоящую) они в детстве ели, пусть и не каждый день. А летом они в детских лагерях отдыхали, и из квартиры их семьи не выселяли, и в университетах они могли все бесплатно учиться - причем на своем, латышском, языке. Власть не любили, анекдоты травили? А кто ее когда любил? Но факт: людей по сортам, как колбасу, никто не делил.

И что? Образ «собачьего языка» явно пришелся по вкусу члену этой же группировки юному политику Янису Домбраве. Этот школу прогуливал уже в наши времена. «Когда произошла первая языковая реформа, тогда сам я еще учился в школе. В тот раз эти чужие сапоги шли также и мимо моей школы. И позволяли себе не только выступать против латышского языка, но и называть его собачьим языком».

Беда прямо с этими национально озабоченными. То ли у них особенная наследственность, то ли детство все поголовно пережили тяжелое. Вот какие, скажите, корни упорно ищет Дзинтарс? Целое поколение уже выросло - все никак не может найти! Домбрава уже до половозрелого возраста вымахал. И за колбасой в очереди с бабушкой точно не стоял. Тоже ничего путного из школы не вынес: вечное, доброе не привилось, кроме сапогов, которые «мимо школы шли», ничего не помнит. И это корни? Вот вам два сапога пара! Маловато. Так остальные по заграницам разбежались свои корни пускать. Ни работы, ни перспективы на родине. А еще из каждого динамика о каком-то «собачьем языке«… Это что за люди на таком, как собаки, брешут? Сейчас таких в Латвии двое, так ведь партия эта и есть первый законодатель политической моды. Пока корни ищем, живем как раз по пословице: «Собака лает - ветер носит».

Вот и получается, что проще, зная русский, еще английский выучить, а с таким багажом можно где угодно корни пустить. Того и гляди, Центр госязыка еще гавкать заставит. Я б, вообще говоря, судил бы за такие высказывания о родном языке, а то сразу на ум советский анекдот приходит, когда встречаются три собаки. Американская собака рассказывает: «Вы знаете… Ты лаешь, лаешь, и если лаять достаточно долго, кто-нибудь придет и даст тебе мяса». Собака из другой страны спрашивает: «А что такое мясо?» Советская собака задумалась, спрашивает: «А что такое лаять?» Мораль: когда ты сыт и видишь перспективу - чего лаять-то?

А они ноют и ноют. И все им не так. И тяжелое детство, деревянные игрушки, и корней нет. Как-то не по-мужски это. Видно, в армии настоящей не служили. Домбрава точно до прапорщика по карьерной лестнице добраться бы мог. И статен, и лицом вышел, и гонял бы новобранцев на плацу. Одного такого помню: «Лицо солдата - это его сапоги! Они должны сиять как улыбка идиота. Кто не понял, показываю».

И выросли бы мужчинами, защитниками Отечества, а так - не пойми кем, нашли работу ищейками: то вынюхивают след путинский, то сапог детский, но опять же российский. Как собачки Павлова - сплошь на условных рефлексах. На позитив даже не «дрессированы». Лают и лают…

А караван российский между тем идет. Россияне выиграли олимпийское золото! Все мои друзья-латыши, несмотря на выходной, завели будильники аж на пять утра! Про тещу и кота мне как раз один такой и рассказывал. Вот она настоящая, не вычурная, не придуманная жизнь. Латыши играют - мы все за них болеем, россияне - за них! Потому как кровь у нас за века весьма причудливо смешалась. И если сапог лаптю не брат, то это никак не о латышах и русских, а о наших политиках -двоечниках с хуторским мышлением. А совсем скоро в этой махонькой стране Латвии на каждую латышскую душу будет полагаться свой германец с русскими корнями.

И помог, кстати, золото россиянам взять тренер сборной Олег Знарок, в прошлом советский и латвийский хоккеист, он же многолетний капитан латвийской команды (шайба, забитая Знарком в ворота сборной Швейцарии в Эйндховене в 1996 году, вывела сборную Латвии в элиту мирового хоккея, группу А). Он же в последующем и главный тренер латвийской сборной…

К чему этот экскурс? К тому, что государство наше в лице директора Центра государственного языка Мариса Балтиньша лет этак семь назад посчитало главного тренера хоккейной сборной Латвии Олега Знарка «бесстыжим типом», не владеющим государственным языком, а «роль Знарка в латвийском спорте явно переоценена».

Ну а без Знарка оно как? Справка: сборная Латвии в медальном зачете зимних Олимпийских игр в Южной Корее финишировала на последнем, 28-м месте…

Роман САМАРИН.

Подробнее читайте на vesti.lv ...

124 +