фото показано с : vesti.lv

Три волны иммиграции за 25 лет XX векаНедавно вашему автору довелось участвовать в дискуссии, организованной в Риге «Радио Свобода». Ведущая, московская поэтесса Елена Фанайлова назвала послевоенные поколения «старыми русскими» - чтобы отличить от вновь прибывших по ВНЖ инвесторов в недвижимость.

С нашим сегодняшним собеседником, историком культуры Борисом Равдиным, мы попробовали установить «возрастные критерии» русских Латвии.

Как создавалась община

- Так кто же у нас «старые русские»?

- Боюсь, что понятие «старые русские» мне не очень-то знакомо, хотя понимаю, как, приблизительно когда и по какой модели оно возникло. Обычно я сталкивался с определением «старые рижане». Чтобы попасть в эту неформальную категорию, нужно было обосноваться в Риге не позднее июня 1940 года, кануна известных событий в истории Латвии. Так что лучше - «старые рижане»…

- Они в свою очередь тоже распадаются на ряд потоков, источников. Возьмем образованный класс Первой республики. Из кого он состоял?

- Если посмотреть печать, театр, визуальное искусство, профессуру 1920-30-х гг. , то это в основном представители российской эмиграции, оказавшиеся здесь с запасом амбиций и опыта, унаследованного от Российской империи. Местные русские первоначально находились с ними в некоторой конкуренции, затем потеснились и даже отошли на задний план, но в конце концов в Латвии сформировался единый свод русской культуры; аналогично в Эстонии. Определенную роль в этом сближении оказала православная церковь. В Литве из-за малой численности русского населения культурная диффузия проявилась в меньшей степени. Посмотрите составленный Юрием Ивановичем Абызовым указатель «Русское печатное слово в Латвии. 1917-1944 гг. ». Сколько там представителей русской эмиграции, русской интеллигенции!

- Могу привести пример моего любимого поэта Игоря Чиннова, родившегося в Туккуме в 1909 году, где его батюшка служил по судейской части. В 1924 году они вновь оказались в Латвии, где Игорь Чиннов получил гражданство, окончил университет, служил в армии, писал стихи - прежде чем в 1944 году был принужден уехать в Германию.

- В середине 1919 года, на путях развития независимой Латвии, был принят закон о подданстве. В частности, этот закон гласил, что если до начала мировой войны 1914 г. ты жил на территории Латвии минимум 5 лет, то, пожалуйста, живи дальше. И уроженцы Лифляндской и Курляндской губерний - например, архиепископ Иоанн Поммер - могли вернуться домой. Так образовался важный пласт выходцев из Латвии, оказавшихся в дореволюционную эпоху в Москве, Петербурге или еще где-то и получивших право оптации. Они явились связующим звеном между укорененными здесь русскими и эмигрантами, не нюхавшими Латвии и оказавшимися здесь либо в результате брака, либо по другой какой-нибудь причине. Например, Латвия, как и любая другая молодая страна, нуждалась в специалистах разного рода и вынуждена была их приглашать. Под эту марку, пользуясь старыми связями и ходатайствами, в Латвии могли оказаться лица, исторически никак с Латвией не связанные.

- Кто из русских, живших здесь до Первой мировой, был самыми состоятельными?

- Конечно, Кузнецовская фарфоровая фабрика являлась наиболее важным экономическим делом. Далее бизнес братьев Поповых с их торговлей металлоизделиями, чулочно-трикотажная фабрика братьев Светлановых…

- Русские в первых сеймах тоже были местными? Эмигранты не присутствовали?

- Разумеется, депутатами первых сеймов могли быть только люди местные. Но вот член Народного совета и Учредительного собрания Владимир Александрович Пресняков баллотировался и в I сейм. Его связь с Латвией заключалась лишь в том, что с 1908 года какое-то нужное количество лет он служил мировым судьей в Резекне и тем самым юридически подпадал под закон о подданстве, хотя, по сути, он, конечно, эмигрант.

Между прочим, какое-то недолгое время Пресняков был «русским консулом» в Латвии, представителем так называемого Северо-Западного правительства, и в этой должности он обращался в разные инстанции - например, в Париж, к руководителю Совета бывших послов России Гирсу с призывом поддержать русскую эмиграцию в Латвии, состоявшую в основном, как он утверждал, из интеллигенции и купечества. Вообще число эмигрантов в Латвии было невелико - считается, около 20 000 тысяч. Многие приезжали, осматривались и в поисках лучшей доли двигались дальше, вплоть до Южной Америки, нуждавшейся в переселенцах.

На первых порах положение русской эмиграции в Латвии было не слишком устойчивым. Так, летом 1921 года министр внутренних дел А. Бергс издал распоряжение о высылке в течение месяца всех иностранцев, прибывших в Латвию после 1915 г. Как, куда их выслать? В Советскую Россию? Но ведь мы же политические беженцы… В итоге это дело сгладилось. Но слухи все время будоражили русскую эмиграцию.

Надо сказать, что начальный этап становления государства обычно сопровождается разного рода поспешными распоряжениями, постановлениями - уж очень хочется побыстрее. На мой взгляд, не избежала такого этапа и Латвия. Но постепенно сейм Латвии цивилизовался и стал соразмерным парламентом с давней традицией. Надо сказать, что исторический опыт Латвии - вещь полезная, в какой-то степени это учебное поле, на котором учатся сдерживать страсти, не поддаваться эмоциям, не желать ближнему зла и так далее.

- Недавно читал биографию Пауля Шимана, лидера немецкой фракции. Там написано, что немцы рулили всеми меньшинствами в сейме.

- Думаю, это не совсем так. Немцы воспринимались как главная угроза молодому латвийскому государству в большей степени, нежели еврейское или русское меньшинства. Не случайно именно немцы составили список разных претензий к Латвии, и им виделось, что Латвии когда-нибудь придется ответить за обиды, им, немцам, нанесенные. А постоянного единства между немецкими, еврейскими, русскими и польскими депутатами не существовало, но, конечно, время от времени возникал единый фронт - например, в начале 1930-х гг. - в борьбе против перевода средних меньшинственных школ на латышский язык.

Подробности читайте в новом номере «Вести Сегодня Неделя» с 29 июля

Подробнее читайте на vesti.lv ...

143 +