2017-8-31 18:50 |
Латвийский художник, полиграфист–оформитель и компьютерщик Виктория Матисон выпустила свою первую книжку. Это добрая, мудрая, настоящая сказка для детей, которую она сочинила, сама же проиллюстрировала и смакетировала.
Дружеский тон
«Сказка о короле Кефире, стране Кренделярии и бубликах». Она издана великолепно, ее приятно взять в руки и полистать - формат А4, твердая гладкая обложка приятного золотисто-коричневого тона, на ней - красивое тиснение в виде тарелочки с изображением рельефной карты сказочной местности, где разворачивается действие, а фон - фигурки персонажей.
Богато и очень тепло, как-то «по-детски», иллюстрированный разворот своего красочного тона, текст расположен очень гармонично и полиграфически выверенно по отношению к картинкам. Что говорить, Виктории и карты в руки - ведь она «книжный художник», и эта работа ей явно удалась…
Мы сидим с Викой у нее в мастерской, которая расположена тоже в некоем «сказочном месте» - старинной водонапорной башне, которая уже не используется по прямому назначению. Художница показывает мне свои картины и кукол, являющих собой некоторых персонажей сказки.
Вот тощий, в мантии, Король Кефир, а вот кукла в виде белого батона с глазами и открывающимся ртом - «дикая буханка» из сказки, а вот на мольберте лист с рисунком шоколадного дракона, который как будто есть, а вроде его и нет в книжке.
Сказочная еда
- Началось все с того, что меня «достал» это материальный мир - всюду навязчивая реклама, все тебе без конца предлагается - какая-то еда, какие-то вещи, - делится автор. - Скоро, подумала, будем вешать портреты помидоров, огурцов, любимого пива. А потом вдруг пришла мысль: «С этим нужно подружиться, надо работать!»
Сказка родилась из кефирной бутылки. Помните, советские кефирные бутылки? У них были пропорции такие, с одной стороны, бестолковые, а с другой - милые, и я подумала о кефирных королях… А потом несколько лет делала иллюстрации, что-то забраковала, что-то брала в работу.
Слова смешные - кефир и бублики. Картинка рождается из цвета, какой-то музыки, а сказка - от слова. И уже название книжки само по себе смешное.
С одной стороны, с едой нельзя играть, баловаться, а с другой - ведь устраивала же нам в детстве бабушка «игральное пюре» - когда по океану яблочного пюре плавали сухарики и во время бури съедались сказочными чудовищами, то есть нами. Или дебесманна - вот тебе образ молочной реки с кисельными берегами, как в моей сказке.
Читать эту книжку невозможно без кефира и бубликов вприкуску. Если дети плохо едят, то вот средство поднять аппетит.
Конфликт у жителей Кефирии и Кренделярии вырос непонятно из чего - как в жизни. И такая агрессия вдруг проявилась у добрых людей, такая война началась нешутейная - не без подначивания министра иностранных дел Кисляриуса. Потом он пропал неизвестно куда, а обе стороны мудро все разрешили и помирились.
Кефирные слонихи дают великолепный кефир. Жители этой страны стройные, а кренлярцы - раздобревшие, потому что едят одну сдобу. Пышная принцесса Бублия плачет - ей надоело толстеть от мучного, она хочет кефира. Большие дикие буханки пасутся, на них охотится король Кренделяр Добрый.
Душевный карандаш
Рисунок у меня состоит из двух слоев - отдельно пейзаж, а потом по нему раскраска. Я живописец, поэтому у меня каждая картинка, каждый разворот - это живопись. Там, где грустные страницы, тон серый, где веселые - солнечный.
Моя подруга-художница очень помогла мне советом: делай каждый разворот в своем тоне, и будет хорошо. И текст нужно было так разложить, чтобы картинки ему соответствовали.
Я книжный художник, поэтому все могу сама. Обычно другим делаю книжки, а сейчас наконец-то сделала свою. Когда разрабатывала технологию книжки, раздумывала: может, фломастеры взять, кисть или что-то другое? И решила, что карандаш - самый душевный, самый простой.
Чтобы эти иллюстрации выглядели невылизанными, специально не выхолащивала линию, не делала ее четкой. И эффект наложения применила. Накладываю старинный лист, и получается как будто ворсистая фактура. Страницы очень теплые, не гладкие.
Что хорошо - теперь все это технологично. Сам нарисовал в мастерской, отсканировал - и вперед. Приятно, когда ты умеешь сверстать текст - можешь сам сложить вместе и видеть, что получается в итоге.
На обложке мои друзья сделали мне рельеф - высокий, настоящий. Вышло очень дорого для такой книги. И мы придумали тиснение - вариант подешевле. Зато это «тарелочка со сказкой» - карта местности, где есть Земляничный остров, Черничный, остров Йогурт, озеро Газиро, Долина диких буханок, Бубличный лес… Сейчас родилась идея продолжения сказки.
В детстве очень любила живописные иллюстрации. Моя мама, переводчик с немецкого, покупала немецкие книжки с удивительными картинками, которые выпускали в ГДР. Помните, там еще и «живые» были - настоящие кружева прикреплены, дверцы в домике открывались?
Сказка написалась у меня одним духом, хотя, как у художника, не было особой литературной подготовки. Поэтому выйти в мир как литератор не решалась.
Занимайтесь с детьми!
Настоящим ценителем детской литературы стала со своими двумя детьми. И, когда ты уже все прошел и знаешь, как бывает в детских книжках, ты и себя можешь оценить. Ведь ребенок - самый большой критик.
Еще поняла, что дети любят, когда ты с ними занимаешься, и они что угодно, даже самое простое дело готовы вместе с тобой с энтузиазмом делать.
А с этой книжкой у меня произошло так. В летнем лагере «Мам-кафе», где вела рисование, собирались дети после учебного года - с 3-го по 5-й класс, но были и шестилетки. И все какие-то усталые и неактивные. И вот прихожу с этой книжкой - она была еще не напечатана, в виде макета. Предложила ее почитать. Мы все легли на коврик, прочли. Ребята слушали внимательно, а после окончания захотели нарисовать иллюстрации. И начали соревноваться между собой. Один говорит: «Я нарисую дракона!», другой: «А я - шоколадную гору!»
Урок у нас прошел отлично, никто не ленился. А один шестилетний малыш сделал меню, в котором на завтрак-обед-ужин предлагались сплошные бублики.
Обожаю работать с детьми. Очень хорошо их понимаю, и они мне тут же начинают рассказывать все свои секреты. Говорю с ними как со взрослыми, расспрашиваю о делах, творчестве: кого они изобразили, где этот персонаж живет, с кем дружит.
Баба-яга и заяц
Сегодня немало детских книжек, особенно из Скандинавии, повествуют об очень бытовых вещах: как кто-то научился делать пирог, другой - ходить на горшок, как дети перестали бояться темноты. Сюжеты несказочные.
Или: живет дядька с маленьким котенком, и все время говорится о том, что у них там происходит. Сюжеты достаточно плагиатские, хотя милые. Но нет такого, чтобы были завязка, сюжет и происходило какое-то сказочное чудо.
Мне же хочется ребенку дать факты, а он пусть уже сам решает, хороший этот король или плохой. Обе стороны в чем-то правы, а в другом - нет. Если даже есть виноватые, все равно все должно кончиться хорошо, потому что все должны остаться живы-здоровы, разрешить конфликт и стать хорошими.
Вот в старинных классических сказках можно Бабу-ягу в печку засунуть и забыть о ней. А сейчас в печку кого-то засовывать нехорошо - и с Бабой-ягой нужно как-то жить.
Немецкая сказка - как кот ловил мышь, а вышла громадная крыса, с которой он справиться не мог, и та взяла его в рабство. Но кот стал читать - а крыса была глупой - и сделал себе самолет и улетел от своей мучительницы.
Замечательная сказка про зайца, которого мама послала в магазин за маслом и надавала кучу наказов: как переходить дорогу, с кем поздороваться. Он все исполнил хорошо, кроме одного - вместо масла купил мармелад. И это детям очень нравится, но не сказано, хороший заяц был или плохой. Давайте решать! Но вроде все он сделал хорошо, и мармелад всем нравится… Значит, он - хороший?
Мир «зрячего проникновения»…
В моей сказке тоже - одни кричат, что булки зло, другие - что кефир. И никто не сдается. У нас же все время в жизни, в семье какие-то конфликты, противоречия. А потом как-то всем надо идти на мировую - может, пересмотреть свои жесткие взгляды?
Старшее поколение защищает свое. И я, как только начну ворчать на что-то новое, тут же себя одергиваю: «Остановись, посмотри - когда-то ты был точно такой же и выражал радикальные взгляды». Так что современный мир - это не то чтобы мир компромиссов, а мир «зрячего проникновения» друг в друга. Когда все стараются понять, почему так происходит.
Ориентироваться на какой-то детсад в книжках нет смысла, потому что детское восприятие очень широкое. Они могут понимать очень многое. Это не значит, что их нужно грузить взрослыми вопросами, но обыграть смешную ситуацию, которая может возникнуть и у ребенка, и у взрослого - святое дело.
С выпуском сказки Виктории помогла ассоциация GrAmatas - bErniem, которую возглавляет детский поэт и художник, автор газеты «СЕГОДНЯ» Владимир Новиков. Вика сделала заявку на рассылку книжки по детским домам - ей отвечают, сколько и кому нужно книжек, она рассылает. Полтиража предназначено для детдомов, а другая половина продается. Сказка вышла на двух языках, русском и латышском, и на обоих тираж по 250 экземпляров.
А недавно издательство «Звайгзне» заказало художнице проиллюстрировать одну сказку - «О черте и солдате» - для сборника к 100-летию Латвии «100 латышских народных сказок».
Наталья ЛЕБЕДЕВА.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
