фото показано с : vesti.lv

Каким причудливым образом столица Латвии связана с великим русским поэтом?15 октября, рижские ценители литературного наследия Михаила Юрьевича Лермонтова, как обычно в день рождения поэта, вновь соберутся в маленьком парковом скверике в Задвинье и будут читать его стихи.

Первая такая встреча прошла в 2010 году в рамках культурного проекта «Русский голос рижских улиц», который с воодушевлением ведет историк и краевед Ольга Ногинова вместе со своими единомышленниками. Усилия Ольги Михайловны в исследовании малоизвестных страниц истории русской культуры уже замечены за рубежом и отмечены почетным дипломом Международного литературного конкурса в Вене (2012 г. ).

Многие, бывая в Пардаугаве, с удивлением отмечают про себя существование улицы Лермонтова. Даже троллейбусная остановка так прямо и называется - Lermontova iela. Как, еще не переименовали по недогляду? Может, просто забыли об этой маленькой улочке с одной-единственной современной достопримечательностью - психонаркологическим центром? Однако история присвоения рижской улице имени Лермонтова весьма любопытна, тем более что о связи великого русского поэта с Латвией мало кто знает.

От Гагена до Беренгса

- Улица Лермонтова появилась в Риге еще в 1901 году, - говорит Ольга Михайловна Ногинова. - Как известно, поэт погиб в 1841 году. В то время территория современной Латвии входила в состав Российской империи. Так что это был свой, родной автор. Им восторгались и многие латыши. Скажем, Аспазия, спутница жизни Яниса Райниса, даже сказала, что знает «Демона» почти что наизусть. А сам Райнис охотно переводил стихи Лермонтова. Впрочем, как и многие другие латышcкие литераторы. Как известно, раньше Рига принадлежала немцам.

Когда-то эти земли на гористом берегу Даугавы принадлежали барону Генриху фон Гагену. Позднее это имя перешло на местность, которая так и называется - Агенскалнс. Голубой домик над рекой в районе Вантового моста - это все, что осталось от огромной усадьбы.

У фон Гагена усадьбу почти три века назад купила семья Беренгсов. Именно от одного из потомков этой фамилии и тянется ниточка к формированию взглядов Михаила Лермонтова.

Иоганн Христофор Беренгс - рижский бюргер, получил образование в Германии, много путешествовал по Европе, интересовался науками, литературой, философией, был знаком с известными просветителями. Вернулся на родину в Ригу, оставил службу и занялся обустройством своих имений и усадьбы у Даугавы. Вдоль древнего берега вытянулся комплекс зданий. Парковые уголки и ансамбли оформлялись в европейском стиле. Была заложена Аллея философов. По аллее разгуливали друзья-философы, приезжавшие в гости к Иоганну Беренгсу, в том числе и Гердер - немецкий философ-просветитель, литератор, фольклорист. В Домской школе преподавал естествознание, математику, французский, стилистику, историю. Может быть, то, что на землях Агенскална был такой дружеский прием и такие философские и литературные встречи, стало причиной в решении Иоганна Готфрида Гердера принять назначение в Ригу в Домскую школу и в Домский собор.

Гердер - автор «Идеи о философии истории человечества». Философ развил мысль о беспрерывном прогрессе человеческой истории и движении общества к гуманизму, особенно подчеркивая идею разума и справедливости. Впервые ввел термин «народная песня». Собрал песни мира, в том числе и латышские, и в 1807 году издал сборник «Голоса народов в песнях». Его стихи публикуются в сборниках поэзии рядом с Гейне, Гете.

Памятник Иоганну Готфриду Гердеру (1864 год) - это первый памятник деятелю культуры в Риге. Мыслящие молодые люди из окружения Лермонтова искали идейные основы жизни, интересовались идеями Канта, Гете. А сам Михаил Юрьевич был увлечен трудами Гердера. И, возможно, при создании истинно народных «Казачьей колыбельной», «Песни про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» и других сказалось влияние идей и мыслей Гердера. Повлиял немецкий философ и на взгляды Михаила Лермонтова.

Агенскалнс, он же Шварцмуйжа

- Потом менялись хозяева усадеб, постройки, аллеи, - продолжает Ольга Михайловна. - Мужем последней представительницы рода Беренгсов стал Адам Генрих Шварц, и земли стали называться Шварцмуйжа. Это и сейчас оживленный торговый район Пардаугавы. А около двух веков назад это были еще и болотистые, заросшие кустарником и лесом земли. Но сюда все чаще перебирались знатные горожане на отдых. Возникали летние деревянные постройки. Потом стали появляться каменные сооружения - величественные здания, водонапорная башня…

В истории района есть драматические страницы. В 1812 году, когда Франция воевала с Россией и военные действия разворачивались в Курляндии и Лифляндии, чтобы не пустить неприятеля в Ригу, было решено сжигать предместья. Такая судьба постигла и Шварцмуйжу. Сгорело все. Обороняли Ригу ополчения со всей России. Направлялось сюда и Тульское дворянское ополчение, в которое вступил оставивший в 1811 году военную службу отец будущего поэта - Юрий Петрович Лермонтов. И если бы не так драматично складывались отношения в жизни отца и сына, то стихотворение Михаила Юрьевича вполне могло называться не «Скажи-ка, дядя…», а «Скажи-ка, папа…». Но встреч и разговоров, тем более воспоминаний, было не так много в жизни этих двух близких людей. Жаль… Мы, возможно, знали бы больше о защите Риги.

Где эта улица, где этот дом?

- В 1836 году Михаил Лермонтов написал свое знаменитое стихотворение «Бородино». Он отнес его для публикации в литературный журнал «Современник», издателем которого был сам Александр Сергеевич Пушкин. Это первое произведение, собственноручно отданное Лермонтовым на суд взыскательной публики. Конечно, в Риге живо интересовались столичным литературным процессом.

Шварцы, которые много лет владели Агенскалнскими землями, как и многие жители страны, были охвачены прогрессивными настроениями и обожали Лермонтова. Вот почему в 1901 году, в канун 60-й годовщины его гибели, потомки Адама Генриха Шварца начали хлопотать о присвоении одной из улиц, расположенной на их обширной территории, имени народного любимца. По тем временам это было поистине гражданским поступком, и только любовь к поэзии гения помогла осуществиться замыслу.

Дело в том, что несколько десятилетий имя Лермонтова в России практически было под запретом. Его главный биограф П. А. Висковатов только через 50 лет после убийства Лермонтова смог опубликовать книгу о нем. Десятилетия молчания сделали свое дело. Да и все, что писали о поэте, было со слов недоброжелателей. Воспоминаний истинных близких друзей Лермонтова просто не печатали. А стихи его выходили без подписи. И вот в такое время в Риге идут хлопоты о присвоении улице его имени.

Возможно, один из хозяев земель Шварцмуйжи, добиваясь присвоения улице имени Лермонтова, выражал тем самым свое отношение не только к творчеству Лермонтова, но и к жизни, к людям и событиям той эпохи… Это тоже не приветствовалось. Но как бы там ни было, с 1901 года маленькая частная улица в Пардаугаве за Агенскалским рынком стала носить имя литературного гения - Лермонтова.

Вяземские, Карамзины и де-Толли

- Рига подарила Михаилу Лермонтову искреннего сердечного друга - хозяйку светского салона в Петербурге Екатерину Андреевну Карамзину (в девичестве Вяземская). Она была супругой знаменитого автора «Истории государства Российского» Николая Карамзина. Гусар Андрей Вяземский, отец поэта Петра Вяземского, служил в Риге, где у него случился роман с красавицей графиней Елизаветой Карловной Сиверс. От этой связи родилась девочка Катя. Родители Андрея не разрешили оставить ребенка в Риге, и, по воспоминаниям Александры Смирновой-Россет, девочку привезли в семью Вяземских, где она росла вместе со всеми детьми и получила блестящее воспитание.

Когда у Николая Михайловича Карамзина умерла жена, Екатерина Андреевна стала его супругой. Салон Карамзиных стал для Михаила родным домом, куда он мог приходить в любое время и получал там такое сердечное тепло и нежную заботу, которых он был лишен в своей судьбе. Сюда он приходил со своими друзьями из кружка «16».

Это те настоящие друзья поэта, которые могли сказать честное слово о нем, но которые были, как и он, сосланы под пули или погибли от неизвестных болезней. Здесь шли самые серьезные обсуждения истории, политики, литературы. И примирение с Натальей Гончаровой тоже произошло в этом салоне. Из этого дома он уезжал на Кавказ, оставив друзьям здесь же написанные «Тучки небесные».

В салоне Карамзиных Лермонтов встречался с забытым сегодня другом поэта - племянником Екатерины Андреевны Борисом Икскулем, сыном барона Якова Икскуля, владельца земель под Ригой, ныне Икшкиле. Борис был поклонником творчества Михаила Юрьевича. Вместе с отцом и дядей они переводили стихи Лермонтова на немецкий язык, печатали их в Европе. Таким образом знакомили европейских ценителей русской поэзии со стихами своего друга еще при его жизни.

Нельзя не сказать о небольшой поэтической миниатюре Михаила Лермонтова - «Из Паткуля». Иоганн Рейнгольд Паткуль - политический деятель, поставленный Петром I для преобразований в Лифляндии. Лермонтов, вероятнее всего, был знаком с деятельностью Паткуля из книги И. И. Лажечникова «Последний Новик».

Его строки «Хоть розны судьбою, мы боремся оба за счастье и славу отчизны родной» дают право предполагать, что Лермонтов и его друзья говорили о планах преобразования для славы России. Но это только предположения, хотя и не на пустом месте.

День рождения 15 октября 1814 года тоже связан с представителем многочисленного рижского семейства. Родился Мишель в доме у Красных ворот в Москве, который принадлежал генерал-майору де-Толли. Сам Федор Николаевич и крестил Михаила.

А произвел осмотр тела и составил соответствующее заключение о смерти поэта ординатор Пятигорского военного госпиталя И. Е. Барклай-де-Толли - дальний родственник знаменитого генерал-фельдмаршала Михаила Богдановича Барклая-де-Толли…

Элина ЧУЯНОВА

Подробнее читайте на vesti.lv ...

235 +