2018-1-6 12:00 |
Рождественский рассказКонечная остановка автобуса на одной из площадок в центре Риги. Из салона быстро выходят приехавшие, освобождая места для отъезжающих. Все происходит в абсолютном молчании, нет никаких ни шуток, ни замечаний, ни вопросов - всем все ясно.
Какие при этом могут быть вопросы? В полном порядке, не толкаясь и не споря, в считаные секунды пассажиры валидируют свои проездные талоны и дисциплинированно занимают свободные места. Сейчас мест хватает всем, это потом автобус будет заполняться по пути следования дополнительным контингентом.
Двое прилично одетых пассажиров, он и она, оба примерно тридцати пяти лет, оказываются рядом. Автобус начинает движение в сторону жилого массива, построенного еще при Советах. Дома были утеплены и частично реновированы, но основа осталась прежняя, с достаточно удобной планировкой, поэтому даже при массовом оттоке рабочей силы за границу массив не опустел.
Движение автобуса тоже происходит в полном молчании, каждый занят своими мыслями, выражать которые публично не принято. Кто-то смотрит в окно, кто-то листает журнал или газету, кто-то просто смежил глаза.
Он, Николай Трибунцов, русский на все сто, родившийся в Риге, искоса бросил взгляд на соседку и сразу ею заинтересовался. «Да, - отметил он, - симпатичная.
Хорошо, что рядом она, а не какая-нибудь мымра. Почему я раньше ее не встречал? А потому, наверное, что летом и осенью ездил на своей машине, а теперь решил отдохнуть от вождения, нервничать не надо, да и проблем зимой будет меньше.
Надо бы попробовать заговорить - глядишь, завяжется знакомство, а потом, может быть, и что-то большее. А что? Почему бы нет? С прежней подругой пришлось расстаться - действительно не сошлись характерами.
Надо попробовать подружиться с этой. Нет, не просто интим от скуки, эта женщина явно другого склада.
Лицо сосредоточенное, даже строговато, одета модно, но не крикливо. На такой бы я совсем не против жениться, давно уж пора.
Интересно, замужем она или нет? Надо попробовать увидеть правую руку, есть ли на ней обручальное кольцо? Конечно, это не смертельно, но лучше, чтобы не замужем, тогда ситуация будет гораздо благоприятнее.
Русская или латышка? Это тоже не важно, но лучше, чтобы русская, - удобнее как-то. По-латышски я говорю - как же без этого, но нюансы отдельные могу не уловить.
Да и захочет ли она сама теплых отношений с русаком, с «криевсом»?
А если она окажется вообще убежденной националисткой и на мое обращение скажет что-нибудь резкое, неприязненное - как после этого сидеть рядом?
Пока помолчу, подожду - вдруг зазвонит ее мобильник, она ответит, и все прояснится. А вообще-то очень симпатичная. Внешность неброская, но привлекательная, и все при ней. Надо заговорить. А что сказать? Надо подумать…»
Она, Светлана Семенова, русская рижанка в третьем поколении, вроде ненароком посмотрела на Николая: ничего мужик, и роста хорошего - еще при посадке заметила, черты лица правильные.
«Аккуратный, трезвый, запах хорошего одеколона. Интересно, женат ли он? Вот за такого я бы вышла замуж! Честно говоря, пора уже - почти все школьные подруги замужем.
Ой, Светка, это может быть шанс! Надо посмотреть, есть ли обручальное кольцо на руке? Впрочем, не все мужики носят кольца.
Шатен, голубоглазый, больше на латыша смахивает. Если он со мой заговорит, сразу определюсь, даже легкий акцент замечу. А если он все-таки латыш?
Да не страшно - языком я владею почти в натуре, приспособлюсь. А вот как его родня меня воспримет? Тут могут быть проблемы. Лучше, чтобы русский - со своим проще все-таки.
Ну что он молчит как немой? Наверное, все-таки латыш, наши обычно побойчее. Хотя бывают и нахалы - это уж вовсе ни к чему. Неужели у него не возникло никакого интереса ко мне?
Ну, знаете ли, могу обойтись без вашего внимания! Нет, все-таки он симпатичный, и лицо умное, только какой-то закомплексованный. Или дома жена ревнивая ждет, которую он побаивается. Самой заговорить? Нет, неудобно - еще сочтет за приставание…»
Автобус начал приближаться к жилому массиву.
«Черт, что же делать, надо заговорить, - подумал Николай. - Но в автобусе все же неловко. Вдруг она с предрассудками в части знакомства в транспорте. А на улице? Вдруг еще и обидится…
Сделаю так: если после выхода из автобуса (она, видимо, как и я, до кольца едет) она пойдет неспешной походкой - значит, я произвел на нее благоприятное впечатление и она не прочь познакомиться, ждет, что догоню. Ну а если помчится во всю прыть - значит, я ей совсем не приглянулся.
Лучше бы какой-то знак с ее стороны… Кстати, скоро праздники, одному быть не хочется. Надо решаться!»
Но за две остановки до кольца Светлана неожиданно для Трибунцова встала и сказала четко по-латышски:
- Atlaujiet l- поскольку решила, что ее попутчик - неразговорчивый латыш. И к тому же наверняка женатый…
Трибунцов от неожиданности слегка вздрогнул, посторонился, пропустил ее и снова плюхнулся на свое сиденье.
«Да, - подумал он, - все-таки соседка оказалась латышкой и так неприветливо обратилась ко мне! Скорее всего, прочно замужем.
Правильно, что я с ней не заговорил в автобусе! Пусть идет к своему любимому мужу, Янису или Раймонду, - не очень-то и хотелось, а я сейчас по-холостяцки сварганю ужин, не привыкать, и к телевизору.
Хотя жаль, что не сладилось… Одному все-таки грустновато, а подходящую женщину трудно найти».
Семенова в дверях бросила быстрый взгляд на Трибунцова, надеясь, что он поймет ее немую просьбу проводить ее домой, но Трибунцов в это время уже смотрел уныло в окно.
«Ну и пусть, - говорила сама себе Светлана, - пусть идет к своей толстой супруге, не очень-то и нужен был этот бука.
Пойду к себе домой, приглашу соседку Дашку, выпьем кофе с бальзамом, устроим женский треп о бестолковых мужиках и о том, что не за кого выйти замуж.
Хотя, конечно, жаль, что знакомство не состоялось».
Но Дарья оказалась в отъезде.
Через час Трибунцов и Семенова сидели каждый в своей отдельной квартире, смотрели телик и думали о неконтактности рижан и национальных предрассудках.
Наступало Рождество…
Вячеслав АЛТУХОВ.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
