фото показано с : vesti.lv

Политические в Латвии в 1939 годуДовоенный улманисовский режим зачастую пафосно именуют BrIvvalsts. И невдомек оптимистам задним числом, что, случись им оказаться со своими взглядами под занавес первой независимости, не факт, что они не угодили бы в кутузку.

По крайней мере, впервые открытые вашим автором в Государственном историческом архиве Латвии фонды Политического управления МВД свидетельствуют о натужной работе спецслужб в последний год «свободного государства».

Переписка с сомнительными лицами

В СССР факт отбытия наказания по политической статье навечно вносил человека в «учеты», по которым его в любой момент могли выдернуть. В Латвии было так же. 13 мая 1939 г. следственный чиновник Рижского района Политического управления К. Кулманис допросил гражданина, причем тот сообщил:

«Я, Рудзитис Эрнестс,

род. 28 апреля 1901 г. в Дигнайской волости Екабпилсского уезда.

Латвийский подд. , проживаю: Рига, улица Дартас, № 27, кв. 18.

Семейное положение: разведен. Род занятий: рабочий.

7 сентября 1935 г. осужден Даугавпилсским окружным судом по 71-й ст. З. н. на 1 г. 6 мес. исправительного дома - наказание отбыто.

На поставленные мне вопросы поясняю следующее: с 1933 г. по 1935 г. я с перерывами действовал в нелегальной политической организации «Перконкрустс». По этому делу я Даугавпилсским окружным судом 7 сентября 1935 г. по 71-й ст. З. н. был осужден на 1 г. и 6 мес. исправительного дома, каковое наказание я отбыл в Даугавпилсской тюрьме. Наказание закончил отбывать 23 сентября 1936 г. После отбытия наказания я ни в одной в Латвии существующей организации не действовал и не действую. От идей нелегальной политической организации «Перконкрустс» я отказался на все времена и с деятелями указанной организации никаких связей не поддерживаю. С 1 октября 1936 г. живу в Риге. С 26 апреля 1937 г. я работаю на фанерной фабрике акционерного общества «Лигнумс», которая находится в Болдерае, на Даугавгривском шоссе. На указанной фабрике являюсь простым рабочим. Литературу нелегальных политических организаций не хранил и не распространял».

Так за что же, собственно, приняли г-на Рудзитиса? А вот оно: «В дополнение к своим предыдущим высказываниям поясняю, что на Рождество 1937 г. я послал в рижскую Центральную тюрьму поздравительную карточку заключенному ПЛАКИСУ, который в свое время был заместителем председателя организации «Перконкрустс». С другими участниками указанной организации у меня никаких связей не было».

ГИАЛ, ф. 3235, оп. 2, д. 7411, л. 5.

Неравнодушные патриоты

Бдительные граждане всегда были первейшими помощниками органов. 10 мая 1939 года надзиратель 6-го участка Рижской префектуры Х. Бовинс составил протокол о том, что ночной сторож Карлис с. Бертулиса Вейсис ??? привел в полицию «какого-то мужчину еврейской (* см. прим. ) народности без личных документов и передал мне шесть штук противогосударственных прокламаций «Да здравствует Первое мая».

Как видно, не потребовалась экспертиза ни этнического происхождения задержанного, ни содержания нелегальщины. Все и так ясно! «Еще раз подчеркиваю, что никто другой записки не мог разбросать, как Срагович», - утверждал г-н Вейсис, скрутивший подозреваемого с помощью извозчика. «Обыскав подробно костюм Сраговича и обувь, ничего его компрометирующего не было найдено, исключая два лата - в каждом кармане костюма по одному лату», - гласит протокол. Между тем Хаим-Гирш, сын Кусиеля, Срагович показал, что ему 18 лет, он является «гражданином быв. России» и прописан в Даугавпилсе.

Затем к допросу приступил уже следователь политической полиции К. Кулманис. Выяснилось вот что:

«В коммунистической, социалистической или иной в Латвии существующей нелегальной организации я не состою и не состоял. Литературу нелегальных политических организаций я никогда не хранил и не распространял. Не состоял также в легальных политических партиях, которые были в Латвии до 15 мая 1934 г. Последние шесть месяцев я без работы и живу у своих родителей, которые меня содержат. Работу получил только 9 мая 1939 г. , когда первый день начал работать на деревообрабатывающей фабрике Baltikvud на Ганибу дамбис. На работу на указанную фабрику явился в 17. 00 час. и работал до 1. 30 час. 10 мая с. г. Я работаю на подаче бланков (так в тексте, имеются в виду распиленные доски) с пилы. С фабрики на свое место жительства шел по Ганибу дамбис, улицам Дзирнаву и Элияс до улицы Латгалес. Дом, где я живу, находится на перекрестке улиц Элияс и Латгалес. К этому дому подошел примерно в 2. 30 час. У меня не было с собой ключа от ворот, и я каких 10 минут ждал ночного сторожа. Последний на мои призывы подошел ко мне, причем я увидел, что, идя в моем направлении, он нагнулся и с улицы что-то подобрал. Подойдя ко мне, ночной сторож меня пригласил в участок и сказал, что я разбросал по улице Элияс какие-то листки. Я никаких листков по улице Элияс или где-то еще не разбрасывал. Дополняю, что в то время, когда я, идя с работы, шел по улице Элияс к своему месту жительства, по улице Элияс шли также другие лица, которых я не знаю и вида которых не заметил. Мне сейчас предъявленные изданные Центральным комитетом Коммунистической партии Латвии в 1939 г. прокламации «Да здравствует Первое мая» я вижу первый раз, и такие прокламации я никогда и нигде не разбрасывал. Ночному сторожу, который меня задержал, я не сопротивлялся. Протокол прочел…»

ГИАЛ, ф. 3235, оп. 2, д. 7412, л. 2.

Дальнейшая судьба Хаима-Гирша в архиве не отложилась. Тем не менее данные им свидетельства проливают некоторый свет на социально-экономические условия в «свободном государстве» и на причины, почему отдельные лица его недолюбливали. Попахать ночью на лесопилке - станешь тут смутьяном!

Хлопоты вдовы Беньяминьш

В довоенной ЛР не было пары богаче и влиятельнее, чем Антон и Эмилия Беньяминьши. Супруги владели рядом предприятий и особняков, в том числе газетой JaunAkAs ZiNas и журналом AtpUta. Летом 1939 года основатель империи умер, но вдова не покладала рук, заботясь о ближних. Вот ее письмо на бланке газеты, размещавшейся по ул. Калею, 29. Диктатура диктатурой, но прессу и в ней уважают!

«Рига, 4 декабря 1939 г.

Глубокоуважаемому

господину министру внутренних дел.

В свое время приняли на нашу химическую фабрику «Буртниекс» инженером-химиком Фрициса Кронберга, некогда ассистента профессора господина Аушкапа. По планам этого инженера Ф. Кронберга под его прямым руководством мы проводили работы по постройке своей фабрики в Риге по Бауской дороге, 31. Эти работы в настоящее время продвинулись столь далеко, что может происходить инсталляция и монтаж машин, где было бы необходимо присутствие автора всех этих работ, т. е. инж. Ф. Кронберга. Но последний, уже будучи однажды судим за участие в организации «Перконкруста» и деятельности этой организации, в настоящее время находится под арестом.

Так как слышали, что освобождение вновь Ф. Кронберга предусматривается на конец сего месяца, осмеливаемся обратиться к Вам с любезной просьбой найти возможным освободить Фрициса Кронбергса по возможности скорее.

С глубоким уважением

Беньяминьш».

Подробности читайте в новом номере газеты «СЕГОДНЯ НЕДЕЛЯ» с 1 сентября

Подробнее читайте на vesti.lv ...

100 +