2017-12-12 22:00 |
А сегодня эта коллекция стоит миллионы!Среди гостей Международной рижской ярмарки искусства Art Riga Fair-2017 была удивительная женщина - Пакита Эскофе Миро. Еще в конце 70-х - начале 80-х она влюбилась в современную русскую авангардную живопись и начала ее покупать - тогда еще за копейки.
Кто знал в то время, что сегодня те работы станут вожделенным приобретением коллекционеров всего мира?
Перевести Лескова…
Пакита - совсем не миллионерша и не богатая бездельница, для нее эти картины были предметом любви. Француженку с каталонскими корнями воспитывали испанские бабушка и дедушка, коммунисты, которые «молились» на СССР. Росла в маленьком французском городке, ей очень хотелось учить русский, к тому же она понимала, что учеба в провинции не даст ей возможностей для карьеры. И поехала учиться в Сорбонну, а после, студенткой, впервые оказалась в Советском Союзе - ей было тогда 23 года:
- В Сорбонне и Институте восточных языков, где училась, у меня были прекрасные профессора, в основном из белой эмиграции, как, например, Кирилл Ельчанинов или знаменитый Рене Герра, знаток литературы русского авангарда и коллекционер. Занималась английским, арабским и русским языками. Больше всего нравился русский. Для диплома выбрала труднейшую тему - «Творчество Николая Лескова». Ведь понятно, чтобы вникнуть во все тонкости литературы Лескова, нужно хорошо говорить по-русски. Тогда я говорила плохо. Но мне выдали стипендию на написание диплома, поехала в Москву, чтобы забыть о Франции - по личным причинам.
Цой и Сергей-Африка
Сразу влилась в студенческую тусовку истфака МГУ, новые друзья меня стали водить по своим творческим друзьям, и там же познакомилась со своим будущим мужем - коллекционером Валерием Блиновым. Он привел меня к лидерам нонконформистского искусства, в мастерскую к Немухину. Мне тогда его работы показались очень мрачными, и я не стала интересоваться их ценой, хотя художник, похоже, этого ждал… Все же француженка, из западного мира, наверное, при деньгах. Московский авангард меня тогда как-то не принял.
Но потом, когда стала сотрудницей французского посольства, мне повезло - познакомилась с художником, музыкантом и актером Сергеем Бугаевым, который впоследствии прославился ролью музыканта Африки в нашумевшем фильме Сергея Соловьева «Асса». Это было уже в Ленинграде. Сергей познакомил меня с Тимуром Новиковым, авангардным художником, создавшим и возглавившим как группу «Новые художники», так и Новую академию изящных искусств. И он меня впервые привел в мастерскую Дмитрия Шагина, основателя группы «Митьков», ныне известного всему миру.
Это был 1984 год. Африка меня возил по всем мастерским Ленинграда, мы были у Гребенщикова, Цоя, Тимура Новикова. Жила в квартире у Георгия Гурьянова, ходила на концерты «Поп-механики». Моя главная задача была работать в посольстве неделю, чтобы на уик-энд улететь в Питер и тусоваться там до безумия. Каждый раз возвращалась в Москву с картинами под мышкой.
Тогда купила у «Митьков» 30-40 работ, положивших начало моей коллекции. На свою зарплату. Это стоило тогда совсем недорого, но для художников - целое состояние, и здорово их выручало. Ведь они жили очень бедно в то время. Стала постоянно покупать у них работы - если платила за них по 100-200 рублей, по моей французской зарплате это было не очень ощутимо, а для ребят становилось средством к существованию. Виктор Цой, с которым мы тоже подружились, тогда работал кочегаром.
Однажды Африка, когда мы с ним разглядывали работы авангардистов на очередном чердаке и я прикидывала, что же купить, пророчески изрек: «Забери все - это войдет в историю». Забирала все…
«Мадам, заберите мазню!»
Конечно, на таможне в Шереметьево никто не интересовался этой «мазней», хотя честно отстаивала очереди в минкультуры и брала разрешение на вывоз работ за границу. А таможенники, разворачивая их, издевались: «Ой, какой кошмар! Собирайте это быстрее, чтобы никто не видел, и уходите».
Когда привозила эти работы домой, они занимали всю мою жилплощадь. Покупала все это не по разуму, а по какому-то чувству, интуиции, порыву, любви, которые, как оказалось, меня не обманули. Стала какой-то даже «музой» художников, меня привечали в любой мастерской…
Я уже не могла остановиться - это было как болезнь. Благодаря Африке познакомилась с художниками московской группы «Детский сад» Колей Филатовым, Андреем Ройтером, молодым Жорой Литичевским и Гошей Острецовым. По духу они были похожи на питерцев, такие же открытые. Потом брат мужа познакомил меня с группой «Чемпионы мира». Их мастерские были в Фурманном переулке. Костя Латышев, Гия Абрамишвили, Андрей Яхнин, Борис Матросов, Вадим Фишкин, Игорь Зайдель.
Началась перестройка, и западный мир стал открывать глаза на Россию. Уже прошел легендарный аукцион «Сотбис» - цены на работы стали другие, как и, увы, отношения.
«Либерасьон» и концепция
Хранила дома работы, которые покупала, буквально «навалом» на полу, у всех стен, на кухне и, признаюсь, что тогда не все из них были мне понятны - это сейчас они очень ценятся на мировом рынке живописи.
Однажды ко мне в Париже пришел знакомый - профессор, преподаватель истории искусства в Анже. Увидев работы, стоящие у стены без рамок, лежащие под кроватью, поинтересовался, что это у меня. «Это моя как будто коллекция», - отвечала. Он признал ее очень интересной, и в музее города Анже была устроена выставка из 150 работ «Ленинград - Тбилиси - Москва». Зал площадью 600 кв. м! Картины оформили, каталог напечатали, написали искусствоведческую статью.
Для меня самой это было откровением - увидеть все работы вместе и понять, что это три совершенно разных направления авангарда. Питер был нам, французам, ближе - такой «либерасьон». Москва была ближе к немецкому концептуализму. А третье направление, мое любимое, это было грузинское искусство - огромные полотна, напоминающие американскую живопись Полака. Как будто они перелетели через океан… Тогда же мы познакомились в Париже с Шалвой Хаханашвили, моим нынешним другом, создателем парижской галереи «Караван».
Четырнадцать работ подарила Центру современного искусства им. Жоржа Помпиду, мои самые любимые - в том числе большой занавес Латышева и работу Абрамишвили, произведения периода группы «Чемпионы мира» и питерцев - Гурьянова, Котельникова и Бугаева-Африки.
На полу в самолёте
Вот на этой фотке 1987-го - Тимур Новиков, Сотников и Африка - мы на выставке, куда привел меня Бугаев и где были работы грузинских художников. Влюбилась сразу в эти огромные полотна, тут же оформила командировку в Грузию и купила там 17 работ. Рулон был тяжелее меня, и я просила их как-то разместить в самолете. Летчики пошли мне навстречу и сложили полотна на полу - спасибо им!
Две недели назад устроила выставку своей коллекции в Париже. Мне позвонил Гребенщиков - мол, давай увидимся. Сказала, что занята, у меня выставка. «Можно я приду туда поиграю?» Он пришел, и мои гости с восторгом приняли эту гармонию изобразительного искусства и музыки - одного и того же стиля.
А 5 декабря во Франции, в Бретани, открылась выставка из моей коллекции, где основное место займут легендарные «Митьки». После планируем повезти эту экспозицию в Питер, Японию, Германию.
Собирать работы нужно не из соображений наживы, а из любви - и всегда будешь в выигрыше. Если тебе нравятся работы, они понравятся со временем и другим. Признаюсь, что мне неплохо все это удалось… Кстати, мои две дочки, наполовину русские, и даже шестилетняя внучка говорят по-русски.
Знаю и других коллекционеров русской живописи - как мой друг писатель Пьер Броше, который в конце концов переехал в Москву и женился на русской. А другой собиратель, Жан-Жак Геррон, даже ни разу не был в России. Таково притяжение этого искусства.
Наталья ЛЕБЕДЕВА.
.Подробнее читайте на vesti.lv ...
